Я задумалась. Раз Остин идет в пехотные войска, его скорее всего пошлют либо в Форт-Худ, либо к нам. По слухам, большинство солдат-пехотинцев распределяют в эти два места.
– Или отправят меня на Гавайи, и ты приедешь в гости, будем с тобой на пляже потягивать ром из кокоса!
Остин улыбнулся. Ох уж эта мальчишеская улыбка родом из детства… С тех пор брат очень изменился, превратился в мужчину, но для меня так и остался шкодливым подростком. Его половая зрелость наступила раньше моей, и Остин всегда выглядел старше, несмотря на наше внешнее сходство.
– Хорошо бы… Только вдруг тебя сразу пошлют на войну?
– А вдруг тебя стукнет вон тот фургон, который сдает задом?
Я ударила по педали тормоза – меньше чем в десяти футах от нас на дорогу задним ходом выкатил огромный серебристый фургон Брэдли, хозяина магазина матрасов.
– Постоянные «а вдруг» – плохие спутники, Кари. Ты свихнешься, если будешь так переживать.
Я вечно переживаю. Не умею это отключать.
Зато умею притворяться, будто все хорошо.
– Ладно. Я перестану злиться, если тебя распределят на Гавайи или сюда. Если же отправят в Техас, пеняй на себя.
– Техас тоже нормально. Не очень далеко.
– Нет уж. В Техас я не вернусь.
Хлопают двери, звучат громкие голоса, плачет на крыльце мама и скрипят качели… Мои воспоминания о штате одинокой звезды.
– Ты ведь любила Техас. Помнишь, как там было
О да, Остин, помню. Паршивые вечеринки, на которые ты меня таскал. Грубые парни, чересчур взрослые. Девушки, не желавшие со мной общаться после твоих приставаний…
Я отфильтровала ненужные мысли. Не время для ссор – мы на месте, пора бежать на работу.
Отстегнула ремень:
