Я долго готовилась к разговору, так и эдак вертела фразы, тщательно продумывала, что бы и как сказать, дабы не выдать лишнего — и в результате ничего не получилось. Повторилась ночная ситуация в спальне, когда я хотела закричать, но горло словно сжало спазмом. Удивившись, я спросила у Говарда о какой-то ерунде — голос ко мне вернулся. Но стоило вновь попробовать заговорить о Шере — и снова я не смогла выдавить из себя ни звука. А где-то на краю сознания раздался короткий ехидный смешок.
Что же, я окончательно убедилась в том, что ночной гость мне не приснился, но вот толку с этого было мало — все равно поделиться произошедшим я ни с кем не могла. Оставалось только дожидаться следующего визита Шера в надежде выспросить побольше у него самого. Весь день я думала только о загадочном мужчине, лишь пару раз мельком вспомнив о скором приезде Бьянки, что так тревожил меня совсем недавно.
— С вами определенно что-то происходит, Лесса, — проницательно заметил Эрвин, когда мы столкнулись в библиотеке. — Сегодня вы еще более задумчивая, нежели в последние дни. Быть может, вам нужно развеяться? Не желаете съездить в Палерго? Мы могли бы погулять в парке, покататься на лодке по озеру, зайти в кондитерскую.
Я покачала головой.
— Благодарю вас за беспокойство, но нет, у меня нет желания покидать поместье.
Граф слегка нахмурился.
— Быть может, вы скучаете по… по нему? — несколько неловко выговорил он, понизив голос.
Я не сразу сообразила, кто такой «он», по ком я могла бы скучать. Первая мысль была о Лансе — но с ним мы виделись ежедневно, о Шере Эрвин ничего, к счастью, не знал. И лишь несколько мгновений спустя я поняла, что собеседник спрашивал меня о Тиме.
— Нет, вовсе нет, — сухо ответила я. — Мы расстались. Это было просто детское увлечение.
О том, что поцелуям здорово поспособствовала выпитая брага, я упоминать не стала, посчитав подробности излишними.
— Вот, значит, как, — задумчиво сказал Эрвин. — Тогда осмелюсь предположить, что вы скучаете по Теннанту? По подругам — у вас ведь были подруги?
— Были. И я действительно по ним скучаю, — призналась я. — А еще я переживаю из-за того, что могу не оправдать ваши ожидания. Да, мой отец был сильным магом, но я-то не живое воплощение Литора, а всего лишь его дочь. Вдруг я не справлюсь?
Эрвин взял мою руку и крепко сжал ее.
— Не стоит переживать, Лесса. Что бы ни наговорил вам Ланс, это его битва, а не ваша. И у него есть все средства для того, чтобы победить. Конечно, поддержка сильного мага никогда не будет лишней. Но я верю в своего кузена, он способен справиться и без вас.
Я едва не рассмеялась нервным смехом. Да, возможно, Ланс сможет вернуть себе Бранвию и без моей поддержки. Но вот против Шера он точно бессилен. Хотя… Шер ведь ни слова не сказал о том, что ему нужно что-либо от молодого герцога. Нет, он всячески давал мне понять, что появился в поместье только из-за меня. Определенно, у него были какие-то свои цели и планы, но вот какие?
Эрвин тем временем принялся поглаживать мою ладонь большим пальцем. Осознав его действия, я вспыхнула и вырвала руку.
— Благодарю вас, граф, — сказала я, опасаясь показаться невежливой или обидеть его своим поступком. — Ваши слова немного успокоили меня.
И уже оставшись в одиночестве, задумалась: могло ли быть так, чтобы я нравилась графу Солейскому? Или я просто надумала себе эту симпатию, как совсем недавно с Лансом?
Я была решительно настроена не спать и заметить, каким образом Шер проникнет в мою комнату. Переодеваться в ночную рубашку я не стала, оставшись в платье, но волосы заплела в простую косу. Уселась в кресло, укутав ноги пледом, и уставилась в окно в уверенности, что вскоре вчерашний гость появится вновь. Но Шера все не было и не было, и я наконец задремала.
Разбудил меня тихий смешок.
— Ты ждала меня, Лесса?
Шер устроился на подлокотнике моего кресла и уже держал меня за руку. За окном все еще было темно — до рассвета далеко.
— Зачем я вам нужна? — требовательно спросила я. — Вы приходите ко мне, не задаете вопросов о других обитателях дома, запрещаете рассказывать о наших встречах. Чего вы добиваетесь?
— Разве это не очевидно? — в голосе Шера звучало удивление. — Я хочу понравиться тебе.
И он поднес мою руку к губам, принялся целовать пальцы. Жар побежал от руки по всему телу, разлился в груди, голова затуманилась, мысли разбежались. Мне все труднее было сосредоточиться на разговоре, но отнимать руку я отчего-то не спешила. Днем с Эрвином я действовала куда решительнее. Воспоминание о графе немного отрезвило меня.
— Вы меня совсем не знаете, — сказала я. Хотела твердо, но вышло почти жалобно.
Горячие губы прильнули к запястью и задержались на несколько томительных мгновений, и лишь потом Шер ответил:
— Я знаю о тебе достаточно, Лесса, поверь мне. Достаточно, чтобы с уверенностью утверждать — ты нужна мне.
— Расскажи мне о себе, — попросила я.
— А что ты хочешь узнать?
Он оставил мои пальцы в покое и теперь прикасался почти невесомыми поцелуями к волосам, а я не находила в себе сил оттолкнуть его.
