—Ничего романтичного, Сэм. Совершенно ничего. В этом‑то все и дело. Ты хочешь жить в вымышленном мире, а он реальный. И я не твоя фантазия. Я живой человек.
—И я живая, вот что интересно! А ты отказываешься поверить в это, не веришь, что у меня есть реальные потребности, что я вполне могу обойтись без Нью–Йорка, без моей квартиры и работы. Ты не допускаешь, что я могу захотеть изменить мою жизнь. Может быть, мне в Нью–Йорке надоело. Может, мне здесь лучше и я хочу переехать сюда!
—Тогда купи себе ранчо, как Кэролайн.
—И что будет? Ты поверишь, что я живу в реальном мире?
—Ну, ты сможешь дать мне работу.
—Иди к черту!
—А почему бы и нет? А я смогу двадцать лет подряд тайком пробираться в твою спальню. Ты этого хочешь, Сэм? Чтобы все кончилось тем же самым? Потайным местечком для свиданий? А потом ты состаришься и уже не сможешь туда ездить, и останутся у тебя только тайные мечты. Ты заслуживаешь большего. И если ты сама этого не понимаешь, то у меня‑то ума хватает понять.
—И что это означает? — Саманта с ужасом смотрела на Тейта, но он упорно не желал встречаться с ней взглядом.
—Ничего. Просто одевайся — и все. Я провожу тебя домой.
—В Нью–Йорк? — Сэм попыталась небрежно пошутить, но у нее ничего не вышло.
—Нечего нервничать. Одевайся!
—Но почему? А если я не желаю? — Сэм говорила, как рассерженный ребенок.
Тейт подошел к ее одежде, сваленной в кучу, — она бросила ее в начале вечера, перед тем как упасть в его объятия, — взял вещи в охапку и положил Саманте на колени.
— Меня не интересуют твои желания. Я желаю, чтобы ты оделась— и точка! Одевайся. Такое впечатление, что из нас двоих взрослый только я один.
—Да какой ты, к чертовой матери, взрослый! — Саманта вскочила на ноги и швырнула одежду на пол. — Ты зациклился на своих старомодных представлениях о господах и батраках. Я не хочу больше слушать эту ахинею! Ты просто увиливаешь, не желаешь брать ответственность на себя! А это глупо. Глупо и неправильно! — Она всхлипнула, подобрала одну за другой свои вещи и принялась одеваться.
Раз он так себя ведет, она вернется к Кэролайн. Пусть посидит один — может, перебесится.
Через пять минут Саманта уже была одета. Тейт глядел на нее с отчаянием, не веря своим глазам, словно узнал ее только сегодня с какой‑то совершенно другой стороны и перед ним была теперь совсем чужая женщина. Она уныло посмотрела на него и медленно, с несчастным видом побрела к двери.
—Хочешь, я провожу тебя до дому?
Саманта заколебалась, но потом решила, что лучше не надо.
