Мари Холден, бесспорно, была самой способной из студентов-экономистов. Странно, что Саманте не доводилось встречать это имя в деловых кругах. И, конечно, именно Мари, со своим ясным умом, заметила Саманте, что та играет с огнем.
- Встречаться с преподавателем - скверное дело. Ну а уж по уши влюбиться в него - просто катастрофа! - прямо заявила ей Мари.
Но, конечно, Саманта не послушала разумного совета.
Теперь, откинувшись в кресле, она вспоминала, в каком пребывала радостном изумлении оттого, что ей удалось заинтересовать своего высокого, красивого наставника. И столь же возбуждающим было обнаружить, что это вызвало зависть у всех подруг.
К началу ее третьего года в университете у Саманты уже было несколько легких романов со сверстниками и одно-два дурацких увлечений взрослыми мужчинами. Однако время шло, и Саманта поняла: так она еще никого не любила.
Не слыша советов, не замечая жизненных реалий, она всей душой верила: то, что она чувствует по отношению к этому высокому, темноволосому, необыкновенно умному и знающему человеку, Мэтью Уорнеру, есть то самое, настоящее. Она была так отчаянно влюблена, что, когда он предложил провести уик-энд в маленькой гостинице на реке в Минстер Лоуэлл - достаточно далеко от Оксфорда, чтобы чувствовать себя в безопасности, не раздумывая, согласилась. Она с радостью последовала бы за ним на край света.
Отдаленная деревня и гостиница сами по себе были полны очарования. Перед обедом они гуляли вдоль реки. Стояла поздняя осень, и вечерний воздух наполняли запахи древесного дыма и сырой болотной растительности. Саманта чувствовала, что никогда еще не была так счастлива.
Также никогда ей не забыть их первых страстных ночей: легкого и нежного, но вместе с тем возбуждающего прикосновения его рук, мастерства, с которым он искусно и ненавязчиво вел ее от одного эротического переживания к другому, покуда она искренне не начинала думать, что вот-вот умрет в восторженном исступлении.
Ее юным и неопытным душе и телу казалось, что он обладает какой-то волшебной способностью уносить ее далеко за пределы вселенной, к звездам и дальше, в бесконечность, где уже нет ничего, кроме волн невообразимого, абсолютно неизъяснимого наслаждения. Наслаждения, которое, нарастая, внезапно рассыпается мириадами сверкающих звезд...
Шли недели, и, так как романы между преподавателями и студентами не одобрялись университетским начальством, любовники были вынуждены проявлять чудеса осторожности, выбирая время и место своих встреч. И это, как она теперь понимала, только добавляло возбуждающей пряности их приключению, которое если бы она только знала! - было обречено с самого начала.
Но, захваченная и ослепленная силой чувств, которую дотоле встречала лишь в стихах, Саманта была словно отравлена, опоена самой любовью.
Конечно, сейчас, став старше и мудрее, Саманта не могла слишком винить Мэта за то жесткое решение - оборвать их связь. Тем более, что сама никогда не нашла бы в себе сил на это.
Все произошло холодным зимним воскресным днем. Когда они чуть остыли от упоительного, восхитительного в своей неспешности наслаждения у потрескивающего огня в маленьком домике, снятом на время учебного семестра, Мэт выложил свою страшную новость.
- Этого не может быть! Ты не должен всерьез говорить, что мы никогда не увидимся! - воскликнула Саманта, не до конца осознавая смысл его слов. - Как ты можешь? Прямо после того.., как занимался со мной любовью!..
- Знаю, что это было дурно, - тяжело вздохнул он, и темная краска начала заливать его лицо. -Но я не мог удержаться.., чтобы в последний раз... -Его голос, исполненный отвращения к самому себе, тихо сошел на нет.
- Но почему? - истерически вопрошала она. Даже когда он вновь и вновь объяснял ей, что слухи о них достигли ушей начальства и под угрозой будущая карьера их обоих, она все равно не могла полностью уяснить, что происходит.
Сокрушенная его отступничеством, Саманта словно бы выпала из университетской жизни. Лишь доброта и терпение подруг и семьи - да еще бережная забота старого приятеля, художника Алана Гиффорда, с готовностью позволившего ей плакать на его худом плече, - помогли ей закончить учебу и успешно защитить диплом. Когда Алан объявил, что хочет жениться на ней, она равнодушно согласилась.
Вздохнув, Саманта отложила фотографию. Бедный Алан. У них не было ни малейшего шанса быть счастливыми вместе...
Издали донесся звон церковного колокола, возвращая Саманту к действительности и как будто напоминая, что нет смысла вот так сидеть, утонув в грустных воспоминаниях.
Что было - то прошло. А вот если она тотчас не отправится спать, то будущее тоже окажется под угрозой, сурово сказала себе Саманта. Ибо первейшее условие успешной работы финансиста отменное здоровье и крепкие нервы.
Но тут она почувствовала, что с ее желудком снова какие-то проблемы. Боли в животе уже не раз настораживали ее в последнее время.
Может, просто шалят нервы? Или какая-то инфекция? Что бы то ни было, она не может позволить себе болеть. Саманта твердо решила наведаться к врачу.
