За прошедшую ночь веселее в Грачевке не стало. На улице по-прежнему царила гнетущая тишина, лишь изредка нарушаемая мычанием недоенных и голодных коров. Дым из труб поднимался едва ли над половиной домов.
Максим и Варвара вышли на площадь, где наткнулись на воровато озирающегося мужика в тулупе. Максим тихо ругнулся и ускорил шаг. Завидев приближающегося поручика, мужик швырнул наземь заспинный мешок и довольно шустро припустил прочь.
- Мародер, - брезгливо процедил Максим, пнув мешок, под которым расплывалось мокрое пятно.
Внутри раздался стеклянный звон, лужа мгновенно увеличилась вдвое, а из лопнувшего шва выкатились консервные банки.
- Заметили, куда побежал?
Максима нагнала Варвара.
- Да зачем, кто им сейчас заниматься будет? Подумаешь, консервы из лабаза спер.
- Вы идиот! - всплеснула руками девушка. - А если у него или иммунитет, или он из выздоровевших? У него же антитела!
Но мужика уже и след простыл.
Всю дорогу до общежития карликов Варвара обиженно промолчала.
Пусть льнотрепальная фабрика и простаивала, карлы нашли, чем заняться. Облачившись в теплые стеганые халаты, шапки-ушанки и валенки, они яростно чистили снег перед жилыми зданиями и на дороге к фабрике. Судя по огромным отвалам, занимались они этим давно и с потрясающим энтузиазмом. Ничто так не тяготило среднестатистического карлика, как отсутствие работы.
Целью Максима служила мастеровая контора на первом этаже ближней к фабрике общаге. Наметанным взглядом он выцепил в кучке точивших лясы на крыльце карликов самого карманистого.
- Доброго вам дня, мастер, - поручик подошел к карликам вплотную, чтобы никто не усомнился, к кому тот обращается.
Карличья болтовня разом смолкла.
- И вам доброго дня, начальник, - кивнул карлик, на внимание которого Максим и рассчитывал.
- Мастер, не вы ли здесь старший?
Глаза карлика хитро блеснули.
- Я - Ганба Угловой.
- Поговорить надо. По государственному делу.
- Ну, если надо, так поговорим, - пожал плечами Ганба, не двигаясь с места.
- Мастер, - в голосе Максима прозвенел металл.
Карлик тут же сообразил, что перегнул палку.
- Извините, начальник, времена нынче неспокойные, - забормотал он. - А документик у вас при себе имеется, что вы представитель власти?
Ах, ты ж скотина такая, подумал про себя Максим, совсем от рук отбился без людского начальства. Встречаются и такие, среди этого смирного, в общем-то, народца...
- А вы, мастер, кого-нибудь еще, кроме военных, здесь в защитных костюмах разве видели? - не повышая голоса, спросил Максим.
- Ну, может и видел... - пробормотал карлик.
- Ах, видел, значит, - прошипел Максим. - А ну марш со мной!
- Стоять! - Варвара схватил Ганбу за ворот халата и развернув к себе лицом. - Больные в общаге есть?
- Есть, - ответил побледневший карлик.
- Чем болеют?
- Да ничем особенным, госпожа докторша, - карлик чуток посоображал и добавил: - Есть температура, есть кашель. Таблетки пьют. Грипп, наверное.
- А ну быстро меня к ним проводили! - рявкнула Варвара, тряхнув Ганбу за грудки.
- Алта, проводи госпожу... э-э, докторшу, - съежился тот.
- Будет сделано, мастер, - промямлил карлик, нервно мнущий в руках ушанку.
Не дожидаясь провожатого, Варвара скрылась в дверях. Алта бросился за ней, справедливо полагая, что за нерасторопность грозная "госпожа докторша" с него шкуру спустит.
Максим и Ганба отошли обставленному самодельными метлами сараю.
- Ну, вот что, мастер-ломастер, - там, где мастеровой авторитет не подвергался угрозе, церемонится с карлой Максим не собирался. - Базар твой гнилой, я так и быть тебе прощаю, но и цацкаться мне с тобой некогда. Быстро выкладывай, что про вилара знаешь!
- Есть такой, - зачастил Ганба. - Когда появился, не знаю, как зовут тоже. Да и не тощак он вроде, а бастард... У фабрикантши Митрофановой в хахалях ходил. А какая ж баба не западет на такого, а начальник? Но в селе она никому про него не говорила, только у нас на фабрике я да еще кое-кто про него знал. Тощак-то, он же в доме у Митрофановой редко появлялся, скрытный он, подлюка. Есть, видать, чего бояться. А здесь на фабрике у Митрофановой свой кабинет есть, со всеми удобствами. Вот она сюда к нему и бегала. А он любитель поохотиться страшный был, по два-три дня мог в лесу пропадать с самострелом. А на Масленицу, он...
В халате карлика при этих словах словно хлопушка взорвалась. Во все стороны брызнули клочки ваты, и Ганба нелепо взмахнул руками.
Максим нырнул за ближайший снежный отвал еще до того, как мертвый карлик, пускающий кровавые пузыри, рухнул на землю. Следующий выстрел расколол оконное стекло, звонко осыпавшееся из рамы. Только после этого карлики сообразили, что что-то происходит.
На плохое зрение вилары никогда не жаловались. Стрелять этот поганец мог хоть с другого конца села, и отсутствие оптического прицела на "никоновке" ему не помеха.
Прижимаясь спиной к отвалу, Максим скользнул к его краю. Вытащил револьвер из кобуры и положил палец на спусковой крючок.
