— Pterois — крылатка или рыба-зебра из семейства скорпеновых. Что? Я позаимствовала в людской библиотеке несколько справочников о водном мире когда-то. Жаброхват очень силен, не уступает тому умибозу, с которым мы столкнулись, когда направлялись на совет экзорцистов. Боюсь, что плот — не самая удачная идея. Также, как и бег — аякаси перемещается очень быстро и владеет стихией воды.
— Скверно. Ладно, подумаем об этом, когда я восстановлю резерв. Надо подземный туннель поискать. Кстати, а твой вид как называется?
— Думаешь, об аякаси много информации в обычных справочниках? — фыркнула Сидзука. — Ближайшими нашими родственниками можно считать Erpeton tentaculatum — щупальценосная змея или герпетон. Не надо рассматривать мой нос, никаких щупалец на нем нет.
— Я назову твой вид мизухэби, водяная змея, — решил я изобразить первооткрывателя, выбрав название по аналогии с бакэнэко.
— Мизухэби… Банально, но мне нравится, — приподняла уголки губ Сидзука.
Нарубив кустарник с помощью Хаганэ, я развел костер. Быстро набрел в лесу на лягушку-переростка, предварительно поинтересовался разумностью аякаси, после чего прибил волной света. Немного неуютно — вдруг местные звери все же могут эволюционировать в разумный вид. Но голод быстро взял верх над совестью. На вкус и впрям напоминало курицу. Также я поймал парочку крабов. При потрошении чуть нож не сломал о толстый панцирь, который был, наверное, прочнее стали. Пообедали или уже поужинали славно. Жаль про соль не подумал. Кто ж знал, что мы надолго застрянем в Подмирье?
Стараясь экономить энергию, я вполне успешно потренировал «ошеломление», «ослепление» и «подчинение» на крабах, к которым было несложно подобраться вплотную. Последнее заклинание работало довольно забавно — вроде привязки фамильяра. Жаль только никакой мысленной связи магия не предусматривала — видимо, планировалось использовать подчинение только на разумных говорящих аякаси. Хм, а что если соединить подчинение и амулет связи? Должно получиться что-то дельное и для бессловесных тварей. Вот только примера связного артефакта при мне не было, а по памяти я воспроизвести не мог. Было сложно отследить, когда кончается действие света. В среднем минуты две. Вот краб ластится к тебе словно преданный пес, а в следующее мгновение как цапнет клешней за ногу.
На ауры мелких аякаси порой просто не обращаешь внимание, поэтому мы не заметили, как к нам приблизилась целая делегация:
— Чужаки! — кто-то тоненько пискнул.
Я поковырялся в ухе и покрутил головой.
— Мы тут! Не смейте нас игнорировать!
Мы с Сидзукой повернулись в сторону и увидели нескольких пушистых грызунов размером меньше кошки. Причем, они разгуливали на задних лапах, в одежде, напоминающей человеческую, и даже имели какое-то примитивное оружие. Я могу отличить между собой мышь, хомяка и крысу. Антропоморфные аякаси больше походили на откормленных мышей. Вообще, если оглядеться, то это скорее мы маленькие, а не окружение.
— Маусу, что вам от нас надо? — спросила девочка со змеиным хвостом.
— Вы убили разорителей наших нор! Хоть вы чужаки и тянете наше время, мы выражаем вам благодарность! — важно заявил грызун. — Победите Великого Клешнерога, и тогда мы будем чествовать вас как настоящих героев!
— Юто, если это аякаси-каннибал, то мы должны помочь, — тихо высказалась мизухэби.
— А что вы можете нам дать взамен? — спросил я. — Вы случаем не видели тут большую белую кошку?
— К-кошку?! — испугались зверьки. — Н-не видели.
— Вы знаете где вход в подземный тоннель на другой берег?
— Да-да! Знаем! — обрадовались маусу. — Победите Великого Клешнерога, крабьего повелителя, и мы покажем вход!
— Отлично! — вскочил я. — Моя лоли, идем охотиться на крабов!
Резерв мой восстановился более чем наполовину, так что я был полон оптимизма. Мы прошли километра три по берегу в указанном направлении. За россыпью камней на мелководье расположилась наша цель, неторопливо лакомясь какой-то рыбиной.
— Да что ж вы все такие огромные, — пробормотал я.
Клешнерог в высоту достигал семи-восьми метров, а в ширину и все пятнадцать. Четыре пары нижних конечностей и темно-фиолетовый окрас придавали ему сходство с цутигумо, паучьими аякаси. Дополняли картину две мощные передние клешни, прочный панцирь и длинный костяной рог в районе лба. Рядом болтались более мелкие крабы, питаясь остатками от трапезы вожака.
— Я переговорю с ним, — вызвалась Сидзука.
Я кивнул и покрепче сжал Стального.
— На вас поступила жалоба от мышиных аякаси, — громко произнесла мизухэби, подойдя ближе к крабу. — Можете сказать что-нибудь в свое оправдание?
— Айя-кла-кла-ку-ул-ла! — издал непонятный возглас Клешнерог, который сразу подхватили его сородичи.
Зеленовласая девочка повернулась ко мне:
— Юто, он полностью дикий…
— Без тебя вижу. Осторожнее!
