Саммаэль полностью

Погладил ещё по головке Катю-Катерину, — спит она сладко, и видит во сне своего суженого… точнее, как она его «видит», они же, вроде бы, раком… и, не успел Саммаэль даже подумать, как он собирается выходить теперь с территории, и кто подчистит за ним плёнки, — как мягко подхватило, мягко потемнело в глазах, — а в следующий момент стоял колдун в своей серверной, а напротив него стояла Милена, в демонской форме, в чёрной, блин, чешуе, и с распростёртыми крыльями. И улыбалась, зараза, во все сорок четыре зуба…

— …Нет, ну какого хрена?! Ну какого хрена, скажи ты мне, было меня оттуда вытаскивать?! Договорились же — я саам вернусь!

— Ты хрупкий!

— Да какой я, нахуй, «хрупкий»!

— А я говорю — хруууупкий!

— Отдай коньяк!

— Да на!

— Нет, ну ты посмотри… да посмотри ты! Вот одна волна, вот вторая волна, вот третья волна — а вот тебе и распааад! Вот этот фронт усиливается, этот подворачивается, а вот тут нас и накрыло!

— Да отстань ты со своими волнами!

— Нет, ну ты посмотрии. Вот здесь мы посчитааааем…

— Да поди ты нахуй со своей математикой!

— Да не пойду.

— Дай бутылку.

— На… Здесь мы посчитаем… посчитаааааем… Во, ну ты посмотри, как она считает! Как она считает! Опс — и готово! Вот это, нахуй, машина! Не зря мы её!..

— Это ты её! А я тут, блядь, сидела, как… Сидела, как…

— Ничегоо, ещё навоюешься. Вот, мы тут посчитаааем. Вот этот фронт подворачивался, и вот он, блядь! Вот он, его источник!

— Дай!

— Если всем подряд давать, то развалится кровать!

— Дааай!

— Так, широтаа… «Эр» тире «Тэээ». Долготааа… Шестьдесят тире воооосемьдесят…

— Ну так где? Где он? «Эр-шестьдесят»? Или «тэ-восемьдесят»? Ты мне скажи — куда идти?! Уж я там письку-то всем налимоню!..

— Ага, «или». Там вообще-то квадрат. Квадрат от «эр-шестьдесят» до «тэ-восемьдесят».

— Триста… восемьсот… четыре тысячи? Четыре тысячи мировых линий?! Ну ты охуел? Да я ж такую зону и за пятьсот лет не обследую…

Миленка спала на полу серверной, свернувшись калачиком и накрывшись сверху крылом. Хорошо хоть не на притолке вниз головой, проскрипел Саммаэль, ковыляя на кухню. Мышь, блин, летучая.

Херовый был коньяк, херовый, — думал, заглатывая аж три таблетки ацетилсалицила[13] и запивая водой из-под крана. А может, просто перебрал с непривычки. Да и перевозбуждение сказалось, наверное… мандраж после драки…

Привет, буркнула Миленка, проковыляв — голая и в человечьей форме — в ванну, и там запершись. А ведь у неё головка тоже бо-бо, подумал вдруг Саммаэль. Что-то странная у неё биохимия для демона… для чистокровного демона.

Накушавшись ацетилсалицилки да напившись воды, сидели в серверной, разбирали вчерашние расчёты.

— Давай подытожим, — сказала Милена. — У тебя есть два направления…

— Два пеленга.

— Два пеленга, и один пеленг плюс расстояние. Пеленги не дают ничего.

— Да.

— Пеленг плюс расстояние даёт квадрат от «эр-шестьдесят» до «тэ-восемьдесят», что составляет четыре тысячи стабильных миров.

— Да.

— Источник волны может быть на любом из них?

— Да.

— Ты можешь это как-нибудь уточнить?

— Нет. Это теоретический предел точности метода.

— Поставить ещё пару таких компьютеров?

— Не поможет.

— И что мы теперь делаем? — Милена огорченно опустила плечи.

— Мы, — точнее, я, — теперь обсчитываем всю область Федерации. Выборочно, по секторам, потому что всю сразу не обсчитаешь. Регистрируем похожие волновые фронты, которых здесь, как уже видели, до фига и больше. И ищем такой, который даст нам более точный пеленг.

— То есть, тебе надо вручную просматривать всю карту Федерации…

— Каждый день.

— И искать такое фронты, которые смещаются или крутятся…

— Да. Искать такие фронты.

— Так это же иголка в стоге сена!

— Ну да, а что делать. Пока я не знаю никаких характерных особенностей — на автоматику поиск не заведёшь.

Милена ушла на занятия — а Саммаэль всё сидел, елозил курсором по карте. Видно было, что Федерацию колбасит, гнёт пространство волной; а почему колбасит, откуда идёт эта «волна», — было не разобрать.

Вот так вот. Воевали мы, воевали… и довоевались.

На самом-то деле, не так и много удалось получить с армейского «Констеллейшна». Потому что компьютер был занят. Компьютер считал, насколько мог Саммаэль видеть, и реакторы, и джамп-привода, и антенны дальней связи. Ага, релятивистскую плазму, методом конечных элементов. Замедлять эти расчеты Саммаэлю не хотелось — ведь мигом начнут чинить, вызовут с завода инженера, откроют сейф…

Свободные тайм-слоты[14], впрочем, ещё оставались. Их Саммаэль использовал на всю катушку; постаравшись, конечно, чтобы везде — и на центральном пульте управления, и в административном интерфейсе, — эти слоты значились как «свободные». Даже контроль расхода электричества и охлаждающей жидкости — и те подправил…

Но, в общем и целом, «на руки» получалось не полпетафлопса, а куда как меньше. И полный обсчёт всей известной области пространства, в реальном времени, — всё так же был невозможен.