А Оллак-Кергхан просто не мог ни во что превратиться. Потому что не существовало на свете такой вещи, которая заставила бы испугаться Генерала Ордена. С самого рождения он не испытывал этого чувства.
– Во имя Добра, я нападаю!!! – громогласно провозгласил паладин, устремляясь на него с обнаженным мечом.
Анамрад, так и не приняв какой-то конкретной формы, снова исчез в стене. Лод Гвэйдеон с невозмутимым видом начал кромсать стену. Из-под Белого Меча летела каменная крошка…
– Вы двое пойдете впереди, – хмуро приказал Креол Джеральду и Элине. – Пусть он лучше превращается в ваши страхи – мне будет проще.
– А нам?! – одновременно закричали подростки.
– А ваше мнение меня не волнует. Радуйтесь, что я вообще с вами вожусь.
– Но нас же убьют!
– Да-да, отличная мысль, давно пора… – невпопад отмахнулся Креол, прослушавший предыдущую реплику.
Окружающий пейзаж менялся с умопомрачительной скоростью. Выйдя из подъезда, они попали на какое-то гнилое болото. Обернувшись, Креол не обнаружил за спиной никакого дома. А через пару минут и болото испарилось, превратившись в автомобильную свалку. Еще немного, и свалка стала кладбищем, а над головой появилась полная луна. Оллак-Кергхан подбирал самые подходящие для кошмаров места. А Креол их, разумеется, менял на другие – он тоже умел контролировать сны, хотя далеко не так хорошо.
– Чего вы больше всего боитесь? – спросил Креол, постоянно прислушиваясь к защитному амулету – не нагревается ли?
Джеральд и Элина переглянулись с каким-то странным выражением на лицах.
– Не скажу, – надулась девочка.
– Да ладно, он же все равно увидит, – вздохнул Джеральд. – Я мер… мертвецов боюсь, – сглотнул он. – Когда мне было шесть лет, меня нечаянно заперли…
– Да мне неинтересно, – оборвал его Креол. – Мертвец, значит?.. Ну это ерунда – с ходячими трупами я воевать умею… А ты?
Элина смущенно засопела. Похоже, ее страх был из тех, в которых очень стыдно признаваться. Она дернула Креола за рукав, приподнимаясь на цыпочки, и зашептала ему что-то на ухо, с опаской косясь на Джеральда.
Маг слушал очень внимательно. А потом резко захохотал. Но когда он заметил, что у Элины на глазах выступают слезы, то все-таки сумел остановиться – совершенно бесчувственным Креол все же не был.
– Ладно… – все еще всхлипывая от смеха, выдавил из себя он. – С этим мы как-нибудь справимся… хотя, знаешь, лучше иди сзади. Пусть будет мертвец – это как-то привычнее. С этим , – он снова залился диким смехом, – я пока что не сражался…
Элина вздохнула с явным облегчением – чем бы ни был ее страх, ей явно не хотелось с ним встречаться. А еще пуще – позволить другим увидеть, чего она боится.
– Вот уж не думала, что ты боишься оружия! – пораженно воскликнула Ванесса, на миг высовываясь из окопа, чтобы послать еще несколько пуль в демона сна, а потом прячась обратно. – Ты же суперагент, Конрад!
– Да знаю, знаю! – поморщился Конрад. – Это еще с детства – в три года я нечаянно, кхм, ногу себе прострелил. Знаете, как говорят – пушки детям не игрушки… Я потому и стал, кхм, тем, кем стал – чтобы избавиться от детских страхов! Но вот, видите, засело… А вы, мисс Ли?.. неужели вы так боитесь клоунов?!
– Тоже детский страх! Эти крашеные рожи… жуткие ухмылки… бр-р-р, подумать страшно!.. – аж передернуло девушку. – Кстати, можешь уже перейти на «ты». Зови меня просто Вон.
Ванесса и Конрад сидели в глубоком окопе – маленькой Мириам снилась Вторая Мировая, в которой погиб ее прадед. Правда, это произошло не на фронте, а в тылу – в Освенциме.
Этим двоим повезло – они встретились чуть ли не сразу. Сны Мириам и Пола оказались почти одинаковыми и без особых проблем перетекли друг в друга. И очень хорошо, потому что с ними Оллак-Кергхану пришлось куда легче, чем с Креолом или лодом Гвэйдеоном. Смешавшись, два страха породили жуткий кошмар – чудовищного клоуна с окровавленными клыками и огромным ручным пулеметом. Он поливал пространство вокруг себя свинцовой смертью и визгливо смеялся, корча забавные рожи. Правда, забавными они казались одному ему.
– Знаешь, Конрад, если рассудить как следует, большинство клоунов чаще вызывают отвращение, чем смех, – непонятно с чего потянуло вдруг на философию Ванессу. – Вот скажи – что вообще может быть смешного в болване, нарядившемся в дурацкий костюм, вымазавшем рожу какой-то гадостью и ежеминутно получающем тортом в нос? По-моему, это может рассмешить только полного идиота…
– Ну, таких тоже хватает, – пожал плечами Конрад, прислоняясь к земляной стенке. – Так что жанр будет процветать еще долго…
Пол и Мириам сидели с тупыми обреченными лицами. Для них-то это все давно стало привычным – Оллак-Кергхан мучил их каждую ночь.
