– Не учи ученого, поешь дерьма толченого, – невнятно хрюкнул Логмир, набивая живот холодным рисом. – Ну, подруга, выручила! Просто жизнь спасла! А теперь к делу – вы кто, и какого хаба меня спасли? Чего хотите взамен?
– А может, мы тебя просто так спасли? – обиделась Ванесса. – Из доброты!
– Бла-бла-бла-бла, – насмешливо пощелкал ладонью Логмир. – Рассказывай кому поглупее, подруга. Я вас не знаю, вы меня не знаете – какая тут доброта? Не-е, таких добряков на свете не бывает…
– Умный человек, – одобрительно кивнул Креол. – И аура хорошая. Чувствую, сработаемся…
Лод Гвэйдеон подтверждающе наклонил голову. Он сам пока что не видел в Логмире ничего такого уж замечательного, но если так сказал святой Креол, значит это правда.
– Так, я Ванесса, но можно просто Вон, – скороговоркой представилась девушка. – Это Креол, он архимаг и начальник экспедиции. Это лод Гвэйдеон, Генерал Ордена. Это Хубаксис, он вообще не считается. Все? Тогда давайте быстрее выбираться, время поджимает!
– Без Рарога и Флейма я не уйду! – неожиданно заявил Логмир. – Нужно их освободить!
– Это еще кто? – оторопела Ванесса. – Твои друзья? Нам про них ничего не говорили!
– Зачем нам лишняя возня? – брезгливо поморщился Креол.
– Мне кажется, дополнительные бойцы не помешают, святой Креол, – вежливо, но твердо высказал свое мнение лод Гвэйдеон.
– Без Рарога и Флейма я не уйду! – уперся Логмир.
– Ладно, ладно! – скрипнул зубами маг. – Знаешь, где их держат?
– Знаю, не дурак, – хмыкнул Логмир и неожиданно расчихался. – У… пчхи!. комен… пчхи!.. данта…
Личные покои коменданта Стера располагались неподалеку от «голодных ям». Очень роскошные покои – спальня, кабинет, личная столовая. На стенах висит множество самого разного оружия – похоже, у коменданта была слабость ко всему режущему. Тюфяк огромный и пышный, набит не соломой, как у большинства чрехверцев, а нежным ниангским[11] пухом. На нем спят навеянным сном сам комендант и нежное создание лет шестнадцати.
Мужского пола.
– Какая гадость! – передернуло Ванессу, и она поспешила отвернуться.
– Содомиты?! – гневно зарычал Креол, едва сдерживаясь, чтобы не сжечь этих двоих одним движением пальца.
– Вот они, мои красавцы! – радостно воскликнул Логмир, сдергивая со стены два тонких одноручных меча с круглыми цубами и однолезвийными клинками. Короче паладинского двуручника, но все же достаточно длинные – по девяносто пять сантиметров в каждом.
– Это же катаны! – удивилась Ванесса. Действительно, оружие Логмира практически полностью соответствовало японским катанам, только рукояти слишком короткие – одноручники. – Это и есть твои друзья?
– Самые верные, самые надежные, самые острые, – подтвердил Логмир, с каким-то экстатическим наслаждением беря в каждую руку по клинку. – Это Рарог! – он приподнял левый. – А это Флейм! – правый. – Потому меня и прозвали Двуруким – я дерусь обеими руками! Я лучше всех! Я герой!
– Больше никого освобождать не нужно? – уточнил Креол. Он явно остался доволен тем, что «друзья» Логмира оказались всего-навсего катанами. – Тогда уходим!
К вечеру город уже гудел от слухов. Непрерывный ливень сделал небольшую паузу, и, конечно, горожане немедленно воспользовались кратким периодом сухости. На улицах было не протолкнуться от народу.
В «Рыбу и рис» отряд больше не вернулся: Логмир отвел их в свою тайную берлогу в другом кабаке – «Голова Султана». Его хозяин был обязан Двурукому по гроб жизни и готов был в лепешку расшибиться, чтоб только услужить своему благодетелю. Он предоставил всем четверым в полное распоряжение огромный чердак и взялся снабжать их провизией и информацией, пока шумиха слегка не утихнет. Но Креол на всякий случай и его заставил дать клятву молчания.
Комендант Стера воспринял побег восьмерых заключенных, в том числе самого Логмира, очень болезненно – такое произошло впервые за всю его карьеру. И теперь ему грозило «усечение ненужных членов» – султан не любил некомпетентных служащих. По городу непрерывно сновали отряды стражи, обыскивая все дома подряд. Особенно кабаки. В «Голову Султана» они тоже заходили, и хозяин по совету Креола просто взял и показал им все помещения. В том числе и чердак, на котором скрывались четверо разыскиваемых. Надо было видеть, какие рожи корчили Ванесса и Логмир, стоя прямо перед одураченными стражниками.
Нужно ли говорить, что Креол наложил на всю группу заклятие Невидимости?
Ни одного из тех семерых чрехверская стража тоже не нашла – они попрятались по щелям, как крысы. Да и искали их не так старательно, как Логмира – кому нужна всякая шушера? А на самого Логмира в конце концов просто махнули рукой – решили, что он успел сбежать из города. Хотя выходы на всякий случай надежно перекрыли – одиннадцать ворот заперли, а в будке двенадцатых уселся тот самый серый колдун, что явился за Сердцем Огня. Впрочем, в народе к этому отнеслись с насмешкой – говорили, что никакой колдун не сможет поймать Двурукого.
