«Я не берусь утверждать, что нигде нельзя было найти проход и попытаться продвинуться дальше на юг; но это было бы опасным и опрометчивым предприятием, о каком, полагаю, не следовало бы и помышлять человеку, находящемуся в моём положении. В самом деле, я предполагал — и моё мнение разделяло большинство находящихся на борту, — что лёд тянется до самого полюса или прирос к какой-нибудь суше{4}, с которой он соединён с незапамятных времён; и что именно здесь, то есть к югу от этой параллели, образуется первоначально лёд, осколки которого попадались нам то и дело много дальше на север; под воздействием бурь, а возможно и иных причин, ледяной покров раскалывается и уносится на север течениями, которые на высоких широтах неизменно имеют это направление. Приблизившись ко льду, мы услышали голоса пингвинов, но ни одного не узрели; не заметили мы и большого количества других птиц или какие-либо иные признаки, которые могли бы побудить нас предположить, что поблизости находится суша.
И всё же я полагаю, что южнее этих льдов есть земля, но если это действительно так, то она не является для птиц и других живых существ лучшим пристанищем, чем льды, ибо и она тоже должна быть полностью ими покрыта. Я, вынашивавший честолюбивые планы не только проникнуть дальше всех моих предшественников, но и дойти вообще до предела, досягаемого для человека, не огорчился из-за их нарушения, так как оно в известной мере даже несёт нам облегчение; во всяком случае сокращает опасности и тяготы, неизбежно связанные с плаваниями в южных полярных областях»[9].
Итак, Кук повернул на север. Но тут как раз «
«Раз и навсегда было доказано, что идея существования населённого людьми плодородного континента не более чем миф, что любая земля, которая может находиться близ Южного полюса, должна представлять собою пустынное пространство, укрытое под слоем льда и снега. Были прослежены огромные просторы бурных южных морей и выявлены границы обитаемых земель. Кстати, можно заметить, что Кук первым описал особенности антарктических айсбергов и плавучих льдов»[11].
В 1819 году русская экспедиция под командованием Беллинсгаузена открыла первую землю в Антарктике, не вызывавшую никаких сомнений, и назвала её Землёй Александра{5}. Она находится почти точно к югу от мыса Горн.
