Перекусили и сидели с кружками. Я тихонько помешивала палочкой угольки, а магистр передвигался, искал место поудобнее: то солнце бросало последние жаркие лучи в его стороны, и мантию приходилось расстегивать; то приваливался к утесу, ибо ветер вдруг задувал прямо в спину, пришлось мантию подтыкать; то ветки кололи ноги, вынуждая опять пересаживаться, а птицы, пугая, проносились над самой головой. Магистр подозрительно щурился на огонь, ожидая и тут неприятностей, и никак не мог решиться на разговор. Меня уже откровенно душил смех.
Наконец, некромант сподобился:
— Наташа, я могу задать вам несколько вопросов?
— Конечно, магистр. Внимательно слушаю.
— Скажите, госпожа, что вы предполагаете делать через два с половиной года?
О, как он решил начать разговор. Интересно!
Я подняла палочку над головой:
— Магистр Тан, клянусь вам, никогда, ни в какой ситуации вы с братом не вернетесь в Дом стариков. Ответила на ваш вопрос?
Некромант смутился, медленно кивнул, вытащил платок из нагрудного кармана мантии, промокнул глаза и лоб, но добавил:
— И да, и нет. Представьте, ваши родственники найдут вас завтра. Не через два года, а сегодня-завтра. И что тогда?
— Вы беспокоитесь о семье мастеров или о выполнении нашего с Орестом наказания?
— Я беспокоюсь о ваших отношениях с предками. Вы, по сути, теперь привязаны к острову. Или у вас есть особые планы?
— А какие у меня могут быть варианты, магистр Тан?
Он сначала растерялся. А как же, озадачить легко, а попробуй сам выбраться. Но он решил не сдаваться, а мужественно зайти с козырей:
— Например, познакомиться со своей магией.
— Вы имеете в виду первородную магию? — спокойно уточнила я.
— Вы знаете! — ахнул некромант.
— Думаю, иначе вы с братом не пришли бы ко мне в камеру с дополнительной проверкой. Я благодарна, что мой маленький секрет остался неизвестным дознавателям.
— Наташа! Судя по вашим ответам… вас признали ушедшие. Абсолютно признали. Так?
— Наверное, так.
— Вы еще молоды, и не можете осознать, что из этого следует. Да, мы тоже не сразу поняли, какой магией вы владеете. Заподозрили позже, поэтому и пошли к вам. Нам всем повезло, что у дознавателей не оказалось под рукой свободного знающего целителя, и они пригласили моего брата как независимого специалиста, так всегда делают, если сомневаются. Я его обычно сопровождаю… или он меня. Зовут нас редко, и мы всегда рады вырваться на волю. Если бы не так сильно у вас была развита бытовая магия, то грамотный целитель, рассматривая кровь, допустил бы мысль о первородной магии. Но дознавателей интересовало, насколько вы близки роду Наррац. Не это ли послужило причиной вашего нападения.
— Вот оно что!
— Да. Вдруг пытались соблазнить графа, не имея шансов иначе приблизиться к знатному роду. А то, что вы в равной степени можете иметь предрасположенность к любой магии и, прежде всего, — перешел он на шепот, — к портальной… мы не стали указывать. Первородная магия крайне редко бывает у женщин. Брат говорил, что существовали древние ритуалы… но они чаще калечат, чем помогают определиться первородникам, очень уж рискованно. Дознаватели задали вопрос о родственной связи и получили ответ. На незаданный вопрос ответ не давали, и артефакт бы нас не поймал! Но вам решили сказать, как только окажемся далеко от Совета.
— Спасибо.
— Вы давно знаете об особенностях своей магии?
— Около двух лет.
— Всего лишь? А изначально занимались бытовой магией и некромантией?
— Не только. Немного целительством, чтобы грамотно помогать.
— Да, и мы вам очень благодарны. Так хорошо мой брат себя не чувствовал давно, он сказал — лет двадцать, а я так еще больше, лет пятьдесят точно. Стихийной магией вы не занимались?
— Практически нет, так сложилось, немножко землей. И целительством по минимуму, рядом всегда были сильные целители, поэтому у меня только самые основы: диагностика, скорая помощь, общее оздоровление, переломы и вывихи, а дальше больного передавала опытным магам. Боевой магией занималась совсем немного, достаточной выстроить элементарную защиту на себя и группу. В основном у меня бытовая и портальная, что успела. Да и магия в нужном объеме проявилась недавно, а наставник нашелся еще позже. К сожалению, мой магистр остался дома. Меня закинуло очень далеко.
— Неужели с Севера или Юга? — ужаснулся некромант, — когда же они вас найдут… могут пройти и два года, и пять лет… я вам очень сочувствую, очень.
— Я надеюсь на помощь призраков.
Магистр нахмурился:
— Вряд ли они подскажут точки переноса. Боюсь, вы им понадобитесь здесь.
— А подробнее?
— Наташа, подробнее сложно, все-таки они уже не люди. Ушедшие, прежде всего, заинтересованы в сильных представителях рода. Это смысл их посмертного существования.
— Все для фронта, все для победы, — буркнула я.
— Для победы, — подтвердил магистр, — вопреки всему.
— О, получается, мой домашний остров для них совершенно не важен? А ведь там представителей рода гораздо больше!
— Это вы так считаете, а вдруг выяснится, что Наташа Наррац — единственный полноценный представитель.
