Гоголь требовал фантасмагории,
Крамской к реализму Вано призывал,
Пели свое Лоррен и Лагорио,
Закат итальянский – свое диктовал…
Всем внимая, ни с кем не споря,
Он подчинился лишь рокоту моря:
«Волну» за волной вдохновенно писал,
На нас обрушив «Девятый вал»!..
Вышла важная старуха
В драном норковом манто,
В голове ее – разруха,
Все не так и все не то!
Снег – не пахнет, не искрится,
Не скрипит под сапожком,
А вокруг – чужие лица,
Глянешь мельком (иль мельком?)
Потускнели впечатленья,
Речь давно затруднена,
И в одном лишь нет сомненья:
В этом мире я одна.
Припозднилась. Задержалась.
Всем – самой себе назло,
Слишком долго… А все мало.
Наказали?.. Иль свезло!
Наморщили стволы немолодые липы,
Береза голая не прячет старых ран,
День зимний мной без вкуса, залпом выпит,
Закат скорее трезв, чем пьян…
Трещат сварливые в чаду поленья,
Как айсберг печь, не разогреть никак,
И не приходит вдохновенье,
В дому и в сердце – беспросветный мрак.
Зажгу лучину: трепетное пламя
Раздвинет тьму ночную по углам,
Возьмусь читать стихи, на память,
Нетрудно это, их писал я сам.
В стихах – ручьи и птичьи трели,
Все, что приходит к нам с весной,
Глядишь – и разогнать сумели
Тоску и мрак, и муза вновь со мной!
Дождь шуршит по сугробам,
Оттепельно, парит…
В твоем облике – робость,
У меня – жар ланит,
Заскочили в кофейню,
Чашка греет ладонь,
Про себя умоляю:
«Хоть нечаянно – тронь!…»
Я трещала без умолку,
Ты очами сиял,
Ну и кто из нас думал, как
Жизни кончится бал?..
Васильев вещает, что в моде – рванье,
Заплатки и дыры, проетые молью,
И хоть ты уверена – не твое,
Пофантазируй, дай себе волю!
***
Я – в свитере этом, в снегах Сахалина,
Он «Ноченьку» пел, я от счастья плыла…
…Вот бусы янтарные, два моих сына
Их в клад закопали – еле спасла!
…А в этой рубахе китайской стеною
Брела в Поднебесной по облакам,
А туфельки эти ты нес вслед за мною,
Босою, влюбленной и пьяной слегка…
Листаю обрывки воспоминаний,
Светлеет душа и хочется петь,
Винтажные образы одеяний -
Я дыр не боюсь, все готова надеть!
Жареным луком дышат обои,
Булавкой приколот, засушен Пикассо,
Пошло. Стыло. Плакать? Не стоит.
Нет смысла. Напрасно.
Ах, Пабло!
Лицо твоей плачущей бабы,
С платком, истерично зажатым в зубах,
Таит динамику страсти хотя бы,
А мое – в унынии – полный швах.
Кистью малярной лицо мое вЫбели,
Не шелохнусь… Абсолютный столбняк.
Ну и поганую роль вы мне выбрали,
Разгадав, что внутри у меня…
***
Сетью в тоске паук удавился,
Нарциссы отравлены собственным запахом.
Умозатмение. Мой Пьеро спился
И Арлекин обожрался сахаром…
То ли взлетело давление,
То ли духа томление,
А может – устала от лени я?..
– Ответь мне на этот вопрос!
От этого состояния
До кризиса – расстояние
С какой-нибудь …гулькин нос!
Вы мне симпатичны – без лести,
Давайте спасаться вместе,
В баре, на шатком насесте,
(Я спрячу змеиный хвост!)
Не бойтесь чертей зеленых,
Что издали бьют поклоны,
Они нам из рюмок со звоном
Городят в чистилище мост…
Я этот стих тебе посвящаю,
В этот день – все для тебя,
Понравится, нет, я не знаю,
Пишу я тебе, подруга моя.
Тебе 16, какой нынче вечер!
Какое небо, солнце, земля!
На руки твои, на тонкие плечи
Льют ароматы леса и поля.
Тебе – 16, какие сказки
Тебе подарить, и какие цветы,
Все розы, ромашки, анютины глазки
Дарю я тебе, довольна ли ты?
Тебе – 16, смех и веселье,
Подружки подарки несут и целуют,
Я дарю тебе звезд ожерелье,
И в косу лунную ленту речную!
Тебе – 16, молодо-зелено!
Что подарить? – Семь чудес света!
Пляжей морских песчаное золото,
Белую зиму, пьяное лето!
Тебе – 16, сердце стучит,
Сердце жизни такт отбивает,
Ищет счастья, хочет любви,
В крови вечерних закатов тает,
Все чудеса Господина Бога
Ливни, радуги, росный алмаз,
Солнце, деревья, и много премного
Дарю тебе, первый-последний раз!
Ты не обидишь подругу верную,
Возьмешь подарок девчонки смешной?
Беру в охапку всю Вселенную,
Дарю тебе, тебе лишь одной!
Моря высыхали
И вновь наполнялись водой,
Вершины вздымались
Над вспаханной Богом грядой,
Утюжили Землю
Безжалостно острые льды,
Потоки подземные
Без устали рыли ходы…
Зверье исполинское
Билось за жизнь – аж на смерть,
И длилась веками
Земная юдоль – круговерть…
И как-то нечаянно,
В узкой щели временной,
Явился наш род -
Человеческий – вместе со мной,
Родился, развился,
И… кончил бесславно свой век,
Умом пренебрегший
Воинственный зверь – человек…
В воде кипящей – пахота!
Нырнуть – не выберешь окошка,
Пловчиха я уже не та,
Но поборюсь за жизнь немножко!
На скоростной – такие лоси,
Утопят – вслед не поглядят!
Но естество движенья просит,
И я бросаюсь в этот ряд!
С гоньбой сомненье не совместно,
Не мозг диктует, а рука,
Хоть на дорожке нынче тесно,
Она стремительно легка!
Сопряжено с водой дыханье,
У стеночки – переворот,
И вот минута ликованья:
Преследующий отстает!..
***
Как до луны или до звезд
– Преодолеть мне пару верст;
Я в гонке, словно лошадь в мыле,
Наплавала морскую милю!
Враги из космоса,
с беспилотника слежка ли,
Но видно плохи мои дела,
