В парке он нашел девушку в условленном месте. Эля встала со скамейки, подала руку.
— Алеша, вы опаздываете. Я жду вас уже долго.
— Да. Верно. Извините. Записку я оставил.
Алексей старался не смотреть на Элю. Заговорили о городе, погоде, новой кинокартине.
Говорил Алексей натянуто, все оглядывался на центральную аллею.
— Вы ищете кого-нибудь? — спросила Эля. — Без конца крутите головой.
— Как же? Женя должен вот-вот подойти. Вы его ждете скорее, а не я.
— Да?..
Разговор принял странный оттенок: говорили о пустяках, и оба чувствовали, что-то недоговаривают, скрывают друг от друга. А что?
Алексею казалось, что Эле с ним скучно. Что думала о нем девушка, он старался не угадывать.
— Вы, я слышала, хотите поступать в академию?
Алексей помедлил.
— Как сказать? Желать — еще не значит поступить. Попытаюсь.
— Правильно. Не делайтесь таким, как Женя, — она поправила платье на коленях, глянула просто, серьезно и улыбнулась, — взрослым ребенком.
— А почему вы о нем так думаете?
Девушка пожала плечами.
— Так. Ваш друг не видит и не знает, что ведет себя так, будто ему всего пятнадцать лет.
— Он и ваш друг, — сказал Алексей. — И потом, он отличный летчик, не забывайте.
— Мой друг? — Девушка помолчала. — Как сказать? Так просто назвать человека другом — нелегкое дело. Друг — это очень близкий человек, которому хочется открыть всю душу, в трудную минуту поделиться всем сокровенным, довериться во всем.
Она сделала большую паузу, потом оживилась:
— Представьте, теперь мы с Ирой дружим по-настоящему, не как раньше!
— Как это — раньше? — не понял Алексей.
— Вы же ее поругали, что не хочет учиться. Она даже плакала после того вечера.
— Отругал?!
Алексей вспомнил заводской клуб, случайный разговор с Ирой. Рассмеялся:
— Я только спросил ее о работе!
— А она считает, что отругали. Теперь на танцы почти не ходит. Сидит над учебниками, собирается поступать на заочное отделение. Говорит, что рабочий тоже должен иметь высшее образование.
— Вот как! Это же очень хорошо!
— И все перемены из-за вас!
Алексей не согласился.
— Едва ли. Я-то при чем? А учиться ей надо. Ваш политехнический рядом. Удобно очень. Да и профиль легко можно подобрать.
— Я ее поняла. Очень ей захотелось доказать вам, что она не просто какая-то хохотунья и пустышка.
— Почему же именно мне?
— Не отказывайтесь. Сама мне сказала, значит, что-то есть…
— Не пойму… А вот и Женька! — прервал Элю Алексей и тут же пожалел, что заставил девушку умолкнуть и она не договорила.
…Сгущались сумерки. В ярко освещенных аллеях прибавилось публики. Оттуда доносились смех, громкие восклицания, — парк жил своей обычной жизнью.
Алексей сидел рядом с Элей, но больше уже не разговаривал. Он никак не мог придумать предлога, чтобы: уйти.
— А не податься ли нам, братцы, в ресторан, скажем? — весело предложил Евгений.
Алексей покосился на него, отвернулся. Девушка воспротивилась:
— Лучше давайте походим немного по парку, полчасика. А потом проводите меня.
Она поднялась, взяла обоих друзей за руки.
— Идемте!
Пришлось Алексею шагать рядом с ней. Мучился, понимал, что Евгению хочется остаться с девушкой одному, что он мешает другу.
Незаметно обошли парк, вернулись к выходу.
— Теперь, мальчики, ведите меня домой.
— Так скоро? — недовольно протянул Ладилов. — Можно, конечно.
Коноплин замялся.
— Я, пожалуй, пойду к себе в гостиницу. А по пути надо зайти еще в одно место…
— Не выдумывайте! — перебила Эля. — Уже поздно, никуда вам не требуется заходить. Так проводите меня, мальчики?
Она смотрела то на одного, то на другого. Она приглашала обоих.
Трое вышли из парка. Алексей чувствовал на своей руке руку девушки, шел осторожно, молчал. Потом разозлился. «Я нужен им обоим, как громоотвод! Ей, пожалуй, больше всего. Боится остаться с Женькой!»
Злился на себя, но до самого Элиного дома так и не смог их покинуть.
Друзья возвращались в гостиницу не особенно веселыми. Евгений говорил мало, все курил. Оба остались недовольны проведенным вечером.
Прошла неделя. Ладилов совсем перестал говорить об Эле. Казалось, он становился серьезнее. По вечерам, если не было полетов, обычно уходил в город. С кем он проводил время, Коноплин не знал и не спрашивал.
Только однажды, глядя на заспанное лицо товарища, осторожно сказал:
— Накануне полетов надо было бы из города пораньше возвращаться. Ты какой-то осоловелый сегодня.
— Ерунда! — усмехнулся Евгений. — Живем один раз!
— Слышал уже. Слабая философия. Ни к чему.
Тем разговор и окончился.
…Прошло всего несколько часов, и как ругал себя Алексей за мягкотелость, уступчивость, нелепые мысли, что в любом его замечании могут играть роль, главную роль их отношения к одной и той же девушке!..
