– Только коммунисты способны противостоять в Азии самураям. Разве не понятно? И те, и другие – сумасшедшие фанатики. Все остальные будут сидеть на своих денежных мешках и трястись, разумно стараясь задобрить японского Зверя костистым рагу из бедных китайских провинций. А ему нужно кровавое парное мясо! Много мяса и много золота! Что, разве у Британской Короны не было своих интересов в Шанхае? – Вопрос был явно риторическим. – Всего через четыре месяца после начала военной операции солдаты генерала Мацуи уже набивали свои карманы акциями английских и американских компаний, насилуя жён и дочерей их прежних владельцев. А теперь японцы приглашают в Шанхай евреев из Германии, как Вы полагаете, для чего? Но, не будь я Джозефом Кроузом, если коммунисты позволят захватить япошкам, хотя бы свой вшивый Владивосток!
Кроуз вновь вставил свою толстенную сигару в рот, а Ричард изобразил на своём лице выражение, означающее, что мысль его нового знакомого, безусловно, любопытна, хотя и спорна.
– Ах, да. Вы же ещё ничего не выпили, – спохватился Джозеф Кроуз. – паршивая забегаловка! Ну-ка давайте надерём задницу вон тому китайскому паяцу, – он ткнул сигарой в сторону барной стойки.
– Вы, очевидно, часто здесь бываете? По-моему, он прекрасно Вас знает. А Вы, похоже, прекрасно знаете, как получить бесплатный виски за счёт этой идиотской наливайки, я имею в виду заведение, – поделился Ричард своими наблюдениями.
– Заведение, и в самом деле, очень странное. Сегодня здесь собираются в основном игроки в бридж и покер, да ещё полулегальные контрабандисты. А с недавних пор сюда стали захаживать ребята Ду Юэшена, чтобы поразвлечься с местными элитными шлюхами. – Кроуз поправил золотой перстень на своём внушительном мизинце. – А вот лет 40–45 назад всё было совсем иначе. В «Усталом Драконе» можно было послушать пламенные речи этого горлопана Сунь Ятсена. Да что там Сунь Ятсен?! Сюда приходили посмотреть на самого Ся Бо!
Кто такой Сунь Ятсен, Ричард прекрасно знал. А вот что за важная птица Ся Бо? Это ему было неизвестно.
– Раньше заведение принадлежало, откровенно говоря, тайному обществу Саньхэхуэй, попросту говоря, одной из Триад. Бандиты всегда сотрудничают с революционерами, а революционеры с бандитами. Их всегда друг к другу тянет…
– А теперь, кому принадлежит «Усталый Дракон»? – перебил американец.
– А теперь мне! – Джозеф Кроуз от души расхохотался.
– Неужели! – Ричард был немного озадачен. Он не слишком-то хорошо минуту назад отзывался о собственности мистера Кроуза. – Что, без дураков?
– Как без дураков? Со всеми дураками в придачу! – нынешний хозяин от своего каламбура залился ещё сильней и раскатистей, не обращая ни малейшего внимания на посетителей. Впрочем, и посетители не обратили на него никакого внимания, наверное, привыкли. Только две китайские красотки, обе с длинными чёрными волосами и в европейских платьях томно посмотрели в их сторону.
Ричарду тоже стало впервые за сегодняшний день весело.
– Ладно, «утка по-пекински» с меня, угощаю, – расщедрился хозяин. – А виски, Вы, мистер Воскобойникофф, должны честно выиграть у Сянь Пина.
«Ага, Сянь Пин – это сатирик-бармен, – догадался репортёр. – Ну, держись, сейчас я тебе задам!» – Ричард в третий раз направился к барной стойке, недобро пожёвывая губами. А через минуту вернулся за столик к Кроузу довольный, с двойным «Джонни Уокером». (Китаец, как всегда дурачился и упорно делал вид, что проиграл только по недоразумению, так как отвлекался на протирку бокалов).
Привожу пример этой гроссмейстерски разыгранной партии:
Ричард: 1, 12, 23, 34, 45, 56, 67, 78!
Сянь Пин: 2,14, 26, 38, 49, 60, 68, («чёрные» сдались).
– Ну, что ж, поздравляю! – радушно поприветствовал его Джозеф Кроуз. – Теперь, самое время выпить за знакомство, а Цы Си скоро принесёт нашу утку.
– Как Вы сказали, Цы Си? – репортёр присел за столик.
Кто же не знал, что именно так звали коварную и жестокую китайскую императрицу-самозванку, полвека сумасбродно правившую Китаем?
– Да, девчонку официантку я назвал так, когда спас её от виселицы. В 14 лет она отравила крысиным ядом брата своего отчима, а самому отчиму во сне перерезала горло и отрезала яйца опасной бритвой.
– Та милая девушка?! – опешил Ричард.
– Именно. – (Репортёр заметил, что хозяин «Дракона» любит говорить «именно»). – Та самая, что подсказала тебе, как обыграть Сянь Пина.
«Значит, он всё слышал…»
– Она умная девчонка, схватывает всё на лету. И очень мне преданна. Между прочим, чемпионка Гонконга по шахматам среди женщин! – похвастался Кроуз.
– Кто бы мог подумать! Охренеть!
Гонконг не переставал удивлять американца своими жителями.
– Она бы могла достичь большего, если бы мне удалось отучить её от курения опиума и неконтролируемого стихосложения.
– Неконтролируемого стихосложения? Как это?
– Да, она может прямо во время обдумывания позиции на шахматной доске вдруг начать, ни с того, ни с сего сочинять лирические стихи. Сентиментальна, как жирафа. Если ей вовремя не напомнить, она попадёт в жуткий цейтнот и может проиграть.
