- Ты умрешь в эту неделю, - шепчу я ему. - Не знаю, отчего, но умрешь, я вижу. Позаботься о жене. Завещание напиши. Из-за твоей вечной лжи она стала чудовищем, а сын инвалидом! Погуляй с сыном на прощание, пусть запомнит тебя любящим отцом. Идите.
- Сына, пойдем! - машет "друг", и подросток охотно съезжает со стула.
Если б он обратил на сына внимание пораньше... он же "друг", ему ничего не стоило изобразить и любовь, и заинтересованность во всех сыновних делах... но он вместо этого ушел в запой. А сейчас поздно. Блок на выпивку я могу поставить, но зачем? Он уже мертв, по сути.
Руки на этот раз у меня не трясутся. Да, я надавил. Но таких давить надо, а не надавливать. Жить за счет обмана родных, близких и друзей - это мерзость.
- К сожалению, ваш сын психически болен, - сообщаю я женщине.
Она не меняется в лице, вообще никак не выражает отношения к сказанному. И "зомби", и сама предполагала нечто подобное. "Зомби" - вовсе не значит, что тупая, чаще наоборот.
- Когда впервые ощутили равнодушие к жизни? Повышение болевого порога, замедленность реакций?
Она не удивляется неожиданным вопросам. Все же в каком-то смысле с "зомби" легко общаться.
- Когда вышла замуж, - подумав, сообщает она. - Но это обычно для женщин, разве не так? Домашние дела и заботы - не то поле деятельности, где предполагается веселье.
Речь правильная, развитая, это я еще раньше отметил. Неглупая. Тем не менее изменения в собственной психике тревоги у нее не вызвали. Что же такое случилось во время Катастрофы, если сейчас считается нормой, когда годами не тянет ни смеяться, ни шутить... ни любить?! На всякий случай спрашиваю о работе. Ну надо же - учительница! Это как?! С другой стороны... учительницу-"зомби" ничем не прошибешь. Абсолютная психологическая устойчивость, самое то при генетически лживом пьянице-муже, психопате-сыне и сумасшедшей работе в школе. Уродливая, но достаточно устойчивая система. Такая же, как и вся наша жизнь.
- Вылечить вашего сына невозможно, это навсегда, - сообщаю я. - Но понизить до приемлемого уровня проявления болезни вполне реально.
Я не употребляю слово "мутант" по привычке. "Зомби" напугать - это надо сильно постараться.
- Что для этого требуется?
- Простой физический труд прежде всего, - усмехаюсь я. - Много именно простого, понятного и необходимого физического труда. Я распишу, какого и как именно. Ну и лекарства-корректоры, их придется принимать всю жизнь.
Женщина качает головой.
- У нас в городской квартире вообще нет работы для сына, - сообщает она. - Мы достаточно обеспечены, чтоб нанимать домработницу. У мужа свой бизнес. Да и в нашем загородном доме... нет, невозможно. Там у нас все делают постоянные работники.
На мгновение я испытываю острую зависть. У них есть и городской дом, и загородное жилье! Что им физический труд! Они, наверно, и в метро никогда не бывали, личный водитель возит!
-Давайте сделаем так! - решаю я. - Приходите ко мне через две недели, хорошо? К тому времени ваша жизнь существенно изменится, и мы сможем поговорить о лечении сына более предметно.
- Почему это наша жизнь должна измениться? - спрашивает она спокойно.
Со стороны кажется - у женщины хорошее самообладание. А на самом деле - просто "зомби", просто все равно. Наверно, и сына решила привести ко мне не она, а отец в минуту редкого просветления.
Молча выписываю для ее сына самый мощный из доступных транквилизаторов и провожаю до двери. Через две недели она похоронит мужа, а компаньоны похоронят его бизнес. Бизнес, основанный на способности "друга" втираться в доверие к кому угодно с целью обмануть - крайне неустойчивая конструкция, с уходом мутанта сыплется, как карточный домик. И он посыплется. Вот тогда и поговорим. Надеюсь, без тлетворного присутствия "друга" в семье у нее начнется откат. И она когда-нибудь сможет в ответ на истерику сына просто показать ему язык, или пошутить, или потрепать по голове - хоть что-то сделать человеческое. Вот тогда, и только тогда есть надежда, что она меня услышит.
Инфо подпрыгивает и заходится звоном. Чего это оно? А, одновременно пришли сообщение о переводе денег и чей-то вызов. Ну, денежки - это очень хорошо...
- Я приболела немножко, - раздается голос Риты. - Не скучал?
- Нет, что ты! - радостно откликаюсь я. - Я работал! Я "баксу" снес, представляешь?
Рита молчит. Мне почему-то кажется, что она не рада ответу.
- Я подъеду сейчас, - наконец тускло говорит она. - Встретишь?
Я мнусь. Так хорошо без нее было. Денюжек столько накапало! И вот - все бросай, куда-то иди! А оно мне надо?
- Встречу, - неожиданно для самого себя отвечаю я.
