«Резня в Нагасаки» произошла двадцатого дня двенадцатого месяца 1700 г., за два года до того, как сорок семь самураев напали на дом Кира. На основе сделанных тогда же записей этот эпизод можно представить следующим образом.
Когда двое самураев Набэсима, Фукабори Санъэмон и Сибахара Буэмон, обогнали по дороге слугу Такаги Хикоэмона по имени Сонаи, кто-то из них случайно забрызгал грязью кимоно Сонаи. Сонаи, гордясь тем, что он служит Хикоэмону, знатному господину, грубо обругал самураев. Санъэмон и Буэмон пришли в ярость, повалили Сонаи и втоптали его в грязь. Сонаи убежал, поклявшись вернуться и отомстить.
Ночью Сонаи действительно вернулся с десятком воинов. Санъэмон и Буэмон, предвидевшие это, попытались оказать сопротивление, но очевидно, они больше отличались самонадеянностью, чем искусством фехтования. Их быстро подавили и жестоко избили.
Когда сын Санъэмона Каэмон узнал, что случилось с его отцом, он решил отправиться к дому Хикоэмона, чтобы отомстить. К нему присоединились слуги Буэмона и родственники, и утром следующего дня двенадцать человек ворвались в дом Хикоэмона и убили большинство тех, кто там находился, включая самого Хикоэмона. При этом сами они не потеряли ни одного человека. После сражения Санъэмон и Буэмон покончили с собой, сказав, что их желание выполнено.
Двадцать первого числа третьего месяца следующего года из Эдо в дом Набэсима пришел правительственный вердикт: десять оставшихся человек были приговорены к смерти, а те девять, что прибежали в дом Хикоэмона на помощь – уже после того, как сражение закончилось, – к ссылке.
«Месть братьев Сога» – убийство в 1193 г. Сога Дзюро Сукэнари (1172–1193) и его братом Горо Токимунэ (1174–1193) Кудо Сукэцунэ, виновного в смерти их отца.
Пятнадцатого числа пятого месяца 1193 г. Минамото-но Ёритомо (1147–1199) устроил большую охоту на отрогах горы Фудзи. Вместе со многими другими самураями в ней участвовали Сукэцунэ и братья Сога. Согласно «Сога моногатари», на которое ссылается Цунэтомо, в ночь первого дня Дзюро, следивший за Сукэцунэ, был замечен сыном последнего и приглашен в лагерь на пир. Сукэцунэ подозвал Дзюро и отрицал свою вину в смерти отца, утверждая, что все это – клевета. Потом Дзюро даже танцевал по просьбе врага. Тем не менее, решив свершить месть только с братом, Дзюро намеренно не использовал представившуюся возможность.
Когда он потом поведал обо всем Горо, тот сказал: «Был такой удобный случай. Тебе следовало его убить, хотя, конечно, я бы тоже хотел его убить вместе с тобой. Ты как будто вернулся с золотой горы с пустыми руками. Но все-таки я рад, что ты удержал себя».
Таким образом, комментарий Цунэтомо к словам Горо справедлив лишь наполовину.
Через тринадцать дней Дзюро и Горо осуществили задуманное. Но в схватке с воинами после смерти Сукэцунэ Дзюро погиб. Горо удалось бежать, но вскоре он был пойман и обезглавлен.
Все это имеет самое непосредственное отношение к Пути самурая. Когда приходит время, размышлять некогда. И если ты не успел обдумать все заранее, скорее всего ты опозоришь себя. Чтение книг и слушание бесед других людей нужно только для того, чтобы исполниться решимости.
Путь самурая – это, прежде всего, понимание того, что ты не знаешь, что может случиться с тобой в следующий миг. Поэтому нужно днем и ночью обдумывать каждую непредвиденную возможность. Победа и поражение часто зависят от мимолетных обстоятельств. Но в любом случае избежать позора нетрудно – для этого достаточно умереть. Добиваться цели нужно даже в том случае, если ты знаешь, что обречен на поражение. Для этого не нужны ни мудрость, ни техника. Подлинный самурай не думает о победе и поражении. Он бесстрашно бросается навстречу неизбежной смерти. Если ты поступишь так же, ты проснешься ото сна.
Рассуждения Цунэтомо о том, что самурай должен действовать не раздумывая, имея перед собой одну-единственную, четко поставленную цель, чтобы не опозорить себя или же смыть позор, могут показаться странными. Но, например, современник Цунэтомо, ученый-конфуцианец и военный стратег Ямага Соко (1622–1685) считал точно так же. Одна из его заповедей гласит: «В тот момент, когда в тебе просыпается чувство жалости, ты должен немедленно броситься на врага, невзирая на то, сколько у него воинов».
Истоки этой мысли Соко можно проследить еще у китайского мыслителя Мэн-цзы (372–289 гг. до н. э.), который говорил: «Чувство жалости – начало добродетели», то есть в тот момент, когда ты спонтанно откликаешься на свое чувство жалости, или сострадание, ты начинаешь восхождение к высшей добродетели. Очевидно, что Соко интерпретировал слово «жалость», сокуин, в широком смысле, понимая его скорее как «разбуженное чувство». Некоторые полагают, что школа Соко вдохновляла на поступки таких полководцев, как генерал Ноги Марэсукэ (1849–1912) и адмирал Ямамото Исороку (1884–1943).
