Теперь поговорим о главном. О том, какой я редкий! Всего нас 20–25 тысяч, из них в России тысяч 4–6, не больше. Мы обитаем только там, где очень холодно, минус 50 зимой. Наш главный курорт называется Арктика, там хорошо, как в холодильнике. Кстати, попрошу с Антарктикой не путать, Антарктика – это Южный полюс, там я не бывал и этих ваших пингвинов не видел. Мне Северный полюс нравится. Лежишь на льдине, возле лунки, сторожишь добычу. Летом выберешься на твёрдую землю, поищешь ягоду морошку и обратно в зиму. Никто в твои дела не лезет, хорошо!
Посмотрите на меня: каков? Мех – красоты необыкновенной, а главное, тёплый, двойной. Снаружи гладкая шкурка, которая отталкивает воду. А под шкуркой – отличный подшёрсток, он не даёт мне замёрзнуть. Ну и под шкурой – несколько сантиметров жира. Я плаваю и не замечаю ледяной воды.
А теперь открою тебе тайну: я на самом-то деле не белый! Кожа у меня чёрная! Подшёрсток – бесцветный. А шерсть вообще прозрачная. Между шерстью и подшёрстком есть воздушный карман, отражающий солнце, так что я окрашиваюсь в белый цвет. А если нужно, могу ненадолго и позеленеть! Потому что у меня в шерсти поселяются морские водоросли.
Перехожу к моим роскошным лапам. У коричневых-то мишек ноги босые! А у меня шерсть растёт между пальцами. И у основания пальцев – тоже растёт. И на передней части лап имеется щетинистая оторочка. Поэтому я на льду не скольжу. И не мёрзну. Между пальцами ещё и перепонка, чтобы удобнее плавать. Всё во мне продумано до мелочей. Нет, всё-таки: как я хорош! Особенно мне нравятся мои когти. Они такие цепкие, что я спокойно удержу тюленя. Да что тюленя! Целого моржа. Я такой сильный, что самому бывает страшно. Кости – широкие, лапы – могучие, зубы крепче металла.
Нюх у меня превосходный. Запахи я чую как никто. Представь: лежу я на льдине, голодный, который день никто не подплывает к полынье. Вдруг доносится знакомый запах… так и есть! Тюлени. Но очень, очень далеко… Я поднимаюсь и иду на этот запах. Километр иду, пять, десять! Добираюсь до цели – еда! Так различать запахи никто не может, только я. Ну и слух, конечно, у меня отличный. Как, впрочем, и всё остальное. Я слышу даже сквозь метровый лёд, как подо мной проплывают белухи, наши северные киты.
Впрочем, есть у меня и недостатки. Точнее, один. Даже в самый жестокий мороз мне может становиться жарко. Поэтому я и стараюсь не бегать, а неспешно ходить. Грациозной походкой. Говорят, со стороны посмотришь – залюбуешься. Хотя, если нужно, я и бегаю отлично, и скорость развиваю очень даже приличную! Плаваю вообще быстрее самых быстрых и сильных пловцов. А когда ныряю, то не закрываю глаза. Могу на несколько минут задерживать дыхание. На полной скорости легко выпрыгиваю на льдину, чтобы поймать ленивого тюленя. Или просто полежать и отдохнуть.
Так и быть, открою ещё одну тайну. Ты думаешь – я такой спокойный и улыбчивый, никогда не раздражаюсь. Ничего подобного. Просто у меня на морде мышцы неподвижные. Когда я нападаю на животных (а иногда на человека, каюсь…), ни одна не дрогнет. Но если промахнусь, вот тут держись! Впадаю в ярость. Расшвыриваю в гневе льдины и рычу. Однако остываю тоже быстро – что в холодной Арктике немудрено. И тогда играю. Или занимаюсь обтираниями – кстати, я умею брать снег передними лапами и растирать шкуру, как ты себя – полотенцем!
Арктика чудесная, холодная, но с едой бывают проблемы. Есть приходится всё, что досталось. Не только вкусненьких тюленей, свеженьких моржей, но и замёрзших китов. Но я невероятно терпелив. Жду часами, в неподвижной тишине. Прикрываю лапой свой чёрный нос, почти не дышу… обнаружилась в лунке добыча – и ррраз! А когда не хочу сидеть в засаде, то медленно брожу во льдах. Подбираюсь к добыче со спины, на цыпочках. Хоп, и попался, голубчик. Однако иногда случается, что я не ем неделю, две… Тогда мой мудрый организм сам замедляет весь обмен веществ! И я продолжаю охоту.
Бурых медведей моржом не корми, дай завалиться в берлогу. А я впадаю в спячку ненадолго и не каждый год. Медведицы, которые ждут медвежат, роют берлоги в снегу. Детёнышей они ждут долго, так что два-три месяца можно поспать. Когда на свет родится медвежонок, мама-медведица может ещё три месяца пожить в берлоге. Она должна посвятить свою жизнь потомству: не спать, не есть и не ходить в туалет все три месяца. Прошёл этот срок – вылезай. И занимайся медвежонком года полтора, а то и два, приучай его к жизни на воле. Корми молоком и воспитывай.
