— Извини, Спринтер, ты меня неправильно понял, — ищейка поморщился, словно досадуя сам на себя за лишние слова. — Я тебя не обвиняю, просто неудачно выразился. Во всех известных нам случаях жертвы были хоть как-то, но с тобой связаны. Боюсь, как бы ты и на этот раз не навлек неприятности, поговорив с Сафроновой.
— Не собираюсь я с ней говорить, — я словно бы равнодушно пожал плечами. — Расследования — это твой профиль, мне этим и заниматься-то некогда. Просто очень уж странное дело, да еще оба этих парня на моих глазах умерли… Зацепило немного.
Ехидна посмотрела на меня с интересом, но ничего не сказала. А вот Нюхач воспринял мои слова, как руководство к действию. Вот только не мне помочь, а опять же покрасоваться перед нашей ядовитой красоткой.
— Понимаю тебя, — он даже хлопнул меня по плечу, демонстрируя свое благородство. — У самого такое сколько раз было… И, уж если тебя это действительно так зацепило, я сам для тебя что-нибудь дополнительно по этой женщине нарою. А будет что любопытное — сразу скажу.
«Отлично, — довольно проговорил в моей голове Горин. — Накидай ему вопросов, но только так, чтобы тот ничего не заподозрил».
— Спасибо, Нюхач, — я кивнул, и ищейка заметно расслабился. — Мне кажется, тут будет важно, какие у них были отношения в семье, с кем водил дружбу убитый… Его интересы, кстати, тоже не будут лишними. Вдруг и нам что-то из этого пригодится.
— У них там в доме куча весьма необычных книжек, — понимающе закивал Нюхач. — Религия, философия, психология. Набор, знаете ли, интересный. Следователи проверяют, не замешана ли там какая-то секта…
— Еще одной только нам не хватало, — буркнула недовольно Ехидна. — Заметили, в последнее время их слишком много стало? Особенно после инцидента в Прибалтийском осколке.
— И не говори, — подхватил Нюхач. — Наши «Дети дракона» ведь не единственные — какие-то идиоты создали культ Гидры из Шереметьева. Помните?
Мы с Ехидной синхронно кивнули. Это произошло совсем недавно — в прошлом году. Огромная тварь из осколка чуть не разрушила один из московских аэропортов и весь прилегающий жилой массив. Впервые за десятилетия в империи случилось такое, что пришлось созывать не только «Защиту» и топовые отряды корпораций, но и всех ближайших игигов. Нас тоже тогда подняли по тревоге, и мы были в отряде поддержки Пустого и Лихо. Разрушения были адские, жертв тоже не удалось избежать. Но нашлись те, кто провозгласил Гидру посланником новой эры Дракона и стали ей поклоняться. Вообще, фанатов всяческих рептилий за последний год стало в разы больше. Кстати, быть может, и Ящерица из этих?..
Не хотелось бы разбираться с целой сектой ненормальных игигов.
— Ладно, Нюхач, нам со Спринтером уже пора, — Ехидна, демонстративно посмотрев на часы, ткнула меня локтем. — У нас, полевиков, дед невпроворот, а Никто пока не изъявил желания пополнить наши ряды.
Прозвучало немного двусмысленно, и я даже улыбнулся.
Мы попрощались с Нюхачом, и я попросил Ехидну пройтись со мной до Кулибина — я не оставлял идею использования укрепленных роликов для ускорения. Вот только, наверно, это было ошибкой.
— Мне тут Русалка написала… — абсолютно неожиданно заговорила Ехидна, и я моментально почувствовал, как оживился попаданец у меня в голове.
Я прямо-таки почувствовал, как Борис потирает руки в предвкушении интересной сплетни. Вот вроде бы взрослый мужик, а ведет себя порой как подросток. Вот только обсудить на потеху Горину мою прошлую пассию нам с Ехидной так и не удалось. По ушам ударил сигнал общей тревоги, а через мгновение стеклянные двери центрального входа со звоном разлетелись в искрящуюся пыль, устилая пол острыми гранеными крошками. В холл «Рускосмоса» влетел неизвестный игиг, похожий на человекоподобную каменную глыбу.
— Дерьмо Кингу! — выругалась Ехидна, понимая, что стихийнику в боевой форме наплевать на ее самый страшный яд.
В этот момент живая глыба смела мощным ударом подскочившего Молчуна, на секунду открыв своего напарника, бегущего чуть позади. Красный, как ошпаренный рак, весь раздувшийся, как утопленник, и грозящий вот-вот взорваться.
— Спринтер! — я услышал крик Броненосца.
Против стихийника-геоманта по факту могли выстоять лишь мы втроем — я и Молчун с Броненосцем. И лучше, если мы будем действовать все вместе.
— Внимание всем сотрудникам! Код красный-двенадцать! — система оповещения обозначила план действий, который был у каждого из нас в мозгу, так как заучивался в первые же дни службы.
