- Каждый последующий интегрированный ген меняет носителя всё больше. И это чувствуют так называемые Чистые, - слово «Чистые» он произнёс с сарказмом, - Разные виды чувствуют по-разному. Один чужеродный ген никто не почувствует, кто бы что бы не говорил. Два гена почувствуют немногие. А вот три гена – почти все. Самка твоего вида будет испытывать к носителю трех генов неосознанное отвращение и в акт копуляции добровольно никогда не вступят. Если у тебя четыре чужеродных гена, то вступить с самкой в акт можно будет только насильно. После этого самки многих видов добровольно прекращают свою жизнь, ибо чувствуют (и это так на самом деле), что зачать нормальное потомство ты не можешь. На бытовом уровне к носителю пяти чужеродных генов особи всех разумных видов будут неосознанно относиться как к заразному больному, изгою, коему в обычной жизни не место среди них; изгой немногим лучше врага; общаться с ним можно лишь только в крайних случаях. Собственно, такое же отношение и к носителю шести чужеродных генов, десяти и так далее. Дальнейший набор генов отношения к тебе уже не меняет… Но меняешься ты сам. С пятью и десятью генами ты всё ещё считаешь себя представителем того вида, из которого вышел, хотя уже не можешь зачать жизнеспособного потомства. Или вовсе не можешь зачать… И вот на пятнадцатом или двадцатом чужеродном гене ты вдруг понимаешь, что вот эти несуразные создания – никакие тебе не родственники, а обуза и нахлебники. Меняется самоидентификация: о своих бывших сородичах ты уже думаешь не «мы», а «они»... У многих из нас появляется жажда генов: ещё, ещё... Есть такие, кто бездумно интегрируют один ген за другим, гены приходят в противоречие друг с другом и, рано или поздно, убивают хозяина… Поэтому надо тщательно продумывать стратегию интеграций новых генов. Изучить информацию в библиотеке, пообщаться с владельцем гена и, конечно, опробовать на себе виртуальный ген из нашего Банка… Главой попечительского совета которого я и являюсь… В любом случае, разумный мутант редко набирает больше двенадцати-тринадцати генов. Разрывать со своим биологическим видом – неразумно…
По мере поглощения бокалов речь его становилась всё более неразборчивой, паузы – длиннее. Он пьянел:
- Есть некоторые расы, ненавидящие нас… И секты, охотящиеся… - тут он завис, как робот, у которого закончилось питание. Я терпеливо ждал…
… Пока меня не выдернуло в реал сообщение, что мы вышли на орбиту Арабеллы. Прошло четыре часа!
Я должен вернуться к своей команде! Немногим менее суток назад они получили по гену от ворон, а потом я прекраснодушно передал каждому бойцу по четыре чужеродного гена. Итого – пять чужеродных генов! Я подставил их! Их не примут жёны, дети, даже родители. Я вышел на связь с орбиты:
- Урал! Слушай и не перебивай. Я больше не Одинокий Герой. Я – мутант. Это моя новая сущность и мой новый игровой класс. И вы все – можете стать мутантами и изгоями. Если уже не стали. Это очень плохо. Подробности – потом. Теперь что делать. Нужно элиминировать (удалить из организма) всего один ген. Хотя бы один ген. Любой ген, главное – побыстрее. Элиминировать гены из генома может только тот, кто имеет ранг «Триумфатор». Магадан. Он - «Триумфатор». Пусть срочно займется этим. Если есть в доступности стационарный комплекс в ранге «Триумфатор» - используйте. Навык «Лечение» есть у Алтая. Если есть свободные конфигураторы навыков – апните его до «Триумфатора» - пусть тоже лечит. Торопитесь, пока не поздно!.. Если уже не поздно... Сбрось мне ваши нынешние координаты, я прибуду и помогу.
18 июня (24-й день)
Учитель.
Вчера мы успели, хотя и закончили уже ночью.
Всё благодаря тому, что команда лейтенанта времени зря не теряла. За прошедший день, пока Бессеребренников и Саша обучали прибывших спецов взлому космодрома и кораблей, Урал сотоварищи нашли и приватизировали стационарный лечебный комплекс и проапгрейдили его до «Триумфатора». Все удалили ген от Ворон – он элиминировался легче и быстрее. Последнему – лейтенанту - стационарный медкомплекс выдал заключение: «Элиминация невозможна». Над ним мы работали втроём (Я, Магадан и Алтай) и всё-таки смогли.
Нашли они себе и корабль – внешне скромный малый военный транспортник, способный перемещаться в атмосфере, но – межзвёздного класса, с вооружением, избыточным для транспортника. И даже с эмиттерами энергетических щитов. Корабль наверняка создавался как капер.
В трюме «Ермака» (так группа нарекла корабль), возле туннелепрокладчика, мы и собрались с самого утра. Урал спросил:
- Теперь рассказывай, Чубака, что за паника?
Не таясь, я всё рассказал про мутантов и про себя. Особенно акцентировал внимание на том, что четыре гена – это максимум, что можно себе сейчас позволить, не превращаясь в мутанта. Что все прошли по краю, а я – уже упал за край (про Алтая я умолчал). Про то, что потом нужно обязательно удалить у себя чужеродные гены, оставив максимум по одному – иначе жена и дети их не примут, какими героями бы кто не стал.