— Ты уже труп!
— Криворукий болван! И болтун! Попробуй доказать, щегол мелкий!
— Ах так? Дай карандаш с бумагой!
Совсем забыв про пистолеты и неосмотренную еще винтовку, я сел за стол, принявшись свирепо чертить, насилуя свою память. У Теодора, язви его дохлую печень Рейхгардена, было замечательное умение выбешивать людей, задавая планку истеричности в разговорах, чему я собирался в полной мере отомстить. Кое-какие основания на правоту у мастера действительно были, его непревзойденные шестизарядники действительно вызывали даже у меня чуть ли не эрекцию, а вот автоматическое оружие на Кендре пока действительно было весьма неточным, но…
— Вот! Любуйтесь! — сунул я ему под нос исписанные листки через полчаса.
— Что это за бред? — брезгливо взял гном предложенное, но впиваясь глазами в бумагу профессионально и цепко.
— В своем мире я был крайне далек от огнестрельного оружия, мастер Рейхгарден, но уж некоторые технические детали у нас там помнит даже школьник! — ядоточил я. — К моей скорби, не могу вам раскрыть все секреты и детали изображенных единиц оружия, но они фундаментально почти ничем не отличаются от обычного автомата!
— Шесть тысяч выстрелов в минуту?!!
— Вы бы знали это еще лет 50 назад, если бы больше общались с кидами!
— Брехня!
— Наука!
Мастер злился и ругался, осыпая грязью первый же из рисунков, представляющий собой шестиствольный пулемет гатлинга, а я упорно насиловал свою память, высыпая на желтоглазого всё, до чего мог дотянуться. Плотность огня всегда победит мастерство снайпера, эту аксиому Теодор пытался оспорить, даже отвергнуть, но я настаивал всеми жабрами души. Через пару часов гном стал сдавать, после того как мы переключились на барабанные автоматические дробовики для штурма зданий — описание свинцовой метлы, работающей в конусе с частотой отбойного молотка, ввело оружейника в легко различимую мне депрессию. Победа была близка, я торжествовал, в запале вспоминая, что дала миру технология «булл-пап», но тут наш пир духа был прерван самым паршивым образом.
Меня подняли в воздух за шиворот, а затем развернули задом к замолчавшему Теодору.
— Шериф, — недовольно сообщил я должность и звание скелета, удерживающему меня в воздухе скелету.
Голубые огоньки в глазах «настоящего» мертвеца приплюснулись, придавая его неподвижной физиономии удивительно подозрительный вид.
— Кид.
Молчание.
— Вы по делу или просто так, посмотреть пушки, попоносить гнома? — сварливо осведомился я, еще не выйдя из запала.
— Собирай своё барахло и идём. Тебя ждет дело.
⠀⠀ ⠀⠀ ⠀⠀
⠀⠀ ⠀⠀ ⠀⠀
— Господа, дамы. Приятнейшее известие. У нас появилась надежда. Даже не так… Надежда! … и никак не меньше.
Потусторонний голос шерифа разносился по враз утихшему участку, где собрались все констебли Хайкорта. Я засел в углу комнаты, мрачно дымя сигаретой и злобно поглядывая на нежить, заставившую меня в спешке покупать приблуды для обихода оружия вместе с боеприпасами, что позволило морально раздавленному Рейхгардену оторваться с ценой. Зарраза…
Зал, тем временем, умеренно голосил нечто вроде вялого «наконец-то», не менее вяло интересуясь у стоящего в горделивой позе скелета, о чем именно тот ведет речь. Судя по интонации, товарищу Бальтазару Т. Баунду не особо-то и верили. Причем хором.
— Шеф, вы нашли зацепку? — саркастично вздёрнул бровь самый обычный человек, крепкий подтянутый шатен с щегольскими, слегка устремляющимися вверх, усами. Я тут же уставился на него как на дивное диво, давно уже позабыв, как выглядят нормальные люди. Тот, явно чувствуя мой взгляд, лениво приложил два пальца к непокрытой голове, как бы здороваясь.
— Конечно, он нашел зацепку! — тут же выступила вперед слегка неживая Целестия, сверля босса влюбленным светящимся взглядом. Затем она подбежала к нему вплотную, складывая ручки на груди, и самым заискивающим тоном спросила: — Вы смогли узнать, куда пропал Эскобар, дорогой Бальтазар?!
— Лучше! — бодро прохрипел шериф-скелет, королевским жестом указывая на меня: — Я нашел такого же ублюдка, как и он! Только поменьше!
От такого пассажа челюсти у половины присутствующих, включая и меня, тупо отвалились.
— Представьте себе моё удивление! — потусторонне грохотал Баунд, — когда сюда пару часов назад вломились строители из фирмы Крутоса, вовсю вопя, что гном с ножом и значком хотел их порезать, просто потому что в городе стоял туман! Они сразу признались, что разговаривали на повышенных тонах, но при виде констебля начали объяснять ему ситуацию, но тот, не став особо вникать в происходящее, достал нож, а затем начал допытываться, что у них троих можно отрезать без особого вреда для существования!
— Зачем?! — полный священного ужаса голос Целестии идеально заполнил мхатовскую паузу гадского скелета.
— Затем, дорогая моя Целестия, что описанный выше Магнус Криггс хотел просто… «задержать» этих трех достойных горожан до выяснения обстоятельств!
— А зачем резать?! — продолжала делать большие глаза эльфийская дамочка, что у нее, черт подери, отлично получалось.
