Однако, в уныние не впал. Наоборот, собравшись, Дантон Фаулт спросил, чем может помочь в нашей непростой ситуации. Я с радостью переложил на его широкие плечи самую тяжелую и животрепещущую на данный момент задачу — найти хотя бы еще четырех живых, готовых до ночи обучаться у желтоглазых владению крепостной артиллерией. Гигант покивал, сообщил, что справится, а затем ушел, занимая своим силуэтом почти весь проём коридора. С облегчением выдохнув, я отправился к себе в «номер» в надежде урвать пару часов сна перед ночным дежурством.
Не вышло. Из наших апартаментов пулей вылетела рыдающая Нимея, прижимающая ладони к лицу. Завывая, она ломанулась к лестнице, ни на что не обращая внимания. Вслед за ней летела злая аж до перемены цвета Элли, сжимающая кулачки и требующая от бывшей заводчицы коз остановиться и прижаться к обочине. Проводив парочку взглядом, я зашёл в комнату, обнаружив там Эльму, дующую на свои ладошки. Тоже злую.
— Нахлестала эту дуру по щекам, — ответила дочь на мой немой вопрос, — Представляешь, она нам начала жаловаться, что ты с её подругой грубо обошёлся! В угол мешок кинул! Коза безрогая!! В следующий раз посильнее её, пап!! Вот чтоб орала как первая гоблинша!!
— Не уверен, что буду, — отложил я до лучших времен воспитательный подзатыльник. Всё-таки, когда дочь на боевом посту, а иначе разложенный вокруг амбразуры арсенал трактовать сложно, воспринимать её как 14-летнего ребёнка просто-напросто глупо.
— И правильно! — горячо и зло одобрила дочь мои порывы: — У зеленых мозгов куда больше, чем у этой фермерши!
Пришлось её слегка одёргивать, выдав краткое объяснение о том, насколько сильно могут различаться люди, с возрастом привыкающие оперировать стереотипами для облегчения работы своего понятийного аппарата. Мол, Нимея сейчас мозгами не в страшном, сухом и пыльном здесь, а еще там, у себя на ферме, где всё просто и знакомо. Что она, что другие живые тупят и будут тупить, когда череда событий не сорвёт их с привычной колеи, заставив переключиться на выживание. Так что организованный Эльмой мордобой — занятие вполне угодное и душеспасительное.
На этом месте я был перебит вернувшейся Элли. Девочка-призрак вид имела встрёпанный и даже слегка напуганный.
— П-п… отец, — выдохнула она, — Там радио. Тебя зовут, срочно.
— Кто?
— Куатрианец!
От этой новости я аж сорвался с места, попутно загребая с собой за талию пискнувшую Элли. Срывая на ходу маску, поинтересовался:
— Откуда они знают, что я здесь?!
— Я сказала, — виновато хныкнула несомая девочка, — Точнее, он спросил, нет ли тебя рядом, а я ответила. Не надо было, да?
— Поздно думать, что надо, а что не надо, — рыкнул я, — Почему ты сняла трубку вообще?!
— А там никого не былооооо!!
Черт, действительно, забыл оставить кого-нибудь в рубке. Хочу назад, в свой мир. Туда, где от бухгалтеров не требуют быть убийцами, охотниками на монстров, детективами, бухгалтерами, переговорщиками, шерифами и комендантами крепостей в одном флаконе!! Сбросив дочь в районе кухни с наказом принести нам всем пожрать, я рванул к радио.
— Магнус Криггс, шериф Хайкорта, на связи, — прохрипел я, отплёвываясь от пыли. — С кем имею честь разговаривать?
— Здравствуйте, мастер Криггс, — сквозь стоны и хрипы несовершенного аппарата послышался очень даже знакомый голос: — Это я, Жариз Карз из клана Карз, если вы не забыли своего доброго приятеля. Мы можем поговорить?
— Мы уже говорим, — с скребущими на душе кошками ответил я, — Внимательно вас слушаю, мастер Карз.
⠀⠀ ⠀⠀ ⠀⠀
⠀⠀ ⠀⠀ ⠀⠀
— Последний вопрос, мастер Криггс. Сколько у вас процентов прогресса?
— Двадцать один процент, господин Карз. Последний вопрос. Когда?
— Не ранее, чем через сутки. До встречи, мастер Криггс. Мне… жаль.
— Мне тоже, господин Карз. Вы один из немногих достойных разумных, что встретились мне в этом мире.
Щелчок. Конец связи.
Я тупо полупал глазами на массивную панель радиосвязи, устаканивая разговор в голове.
Хотя, разговора как такового не было. Жариз Карз просто рассказал мне историю.
Разобщённой цивилизации западных эльфов пришёл конец в одночасье. Их прибрежные города, только начавшие готовиться к межконтинентальной торговле, сожгли и вырезали буквально за месяц. Разобщенные кланы и племена, живущие в лесах, пропадали одно за другим, но весь северо-восток континента не потерял подобие разумной жизни. Конечно же, в самих лесах еще оставались сотни тысяч, если не миллионы эльфов, но снявшихся с места, бегущих, прячущихся… или наоборот, нападающих. Только не на своих безжалостных убийц и гонителей, а на пребывающие в панике поселения Союза Равных.
