– Вот именно! Сразу видно, что ты – учёный. Зришь в корень! А широкая она, Вадечка, из-за специальных обручей, спрятанных под нижними юбками. И с ними тоже нужно уметь обращаться. Ася это очень даже прочувствовала, когда сесть решила – начала садиться, а задний край обруча стал упираться в ножки стула и задирать передний край вместе со всей юбкой.
Вадим начал пофыркивать от смеха, представив картину.
– Да чего ты хихикаешь? Ты ж ещё самый кошмар не уловил… она какое-то время могла бы и постоять, но телепортироваться она не умеет, пешком до ЗАГСа не дойти, а как влезть в машину с этакой конструкцией, она не знает.
– И как влезла? – вдруг живо заинтересовался Вадим, – Вся свадьба упихивала невесту в тачку, а потом выколупывала её оттуда?
– Я пожалела… – призналась Уля. – Показала, как управляться с таким платьем. Я же на съёмках бываю, вижу, как там актрисы с подобными нарядами обращаются. Да и сама как-то мерила… Незабываемо, между нами. Если в таком хоть денёк походить, потом можно только радоваться, что мы живём сейчас, а не триста лет назад.
– Нда… Ася попала!
– Да ты же не дослушал! Потом были туфли!
– Что? Тоже со шнуровкой?
– Хуже. На таких каблуках, что впору убиться! Чем она думала, когда подбирала себе всё это, я не знаю, хотя нет, знаю – романтической железой! Имеется такая у некоторых… Располагается вместо мозга, иногда воспаляется.
Вадим расхохотался:
– Шикарное определение!
– Самой нравится! – скромно кивнула Ульяна. – Но и это ещё не всё. Представь себе, полуудавленную ушнурованную невесту, в широченной конструкции инженерного плана, на каблуках-ходулях и…
– И что ещё-то? – осторожно удивился Вадим.
– Ну, как что? Занавеска на голове! Нет, фата может быть очень красивой, но не тогда, когда она тянется по земле за невестой, а по ней топчется вся свадьба! А фата, между прочим, крепится к волосам. Крепко крепится, прости за невольный каламбур. А на месте крепления пришпандорена диадема, которая тоже чуть не привинчена…
– Ёлки… у неё скальп на месте остался? – Вадим оценил размер стихийного бедствия, машинально потрогав свою собственную шевелюру.
– Остался – мои девочки отлично залачили укладку, – хихикнула Ульяна, – Не первый раз на свадьбу делаем… Укладка была такая бронированная!
Вадим вспомнил мягкие волны Ульяниных волос, которые касались его руки, когда они в день собственной свадьбы вышли из ЗАГСа, и невольно посочувствовал мужу Аси.
– Ндааа, круто! Я и не знал, что это всё так сложно!
– Милый, ну, что ты… это было самое простое! – Ульяна покопалась в смартфоне и предъявила следующее фото, точнее даже серию.
На ступенях известнейшего ЗАГСа Санкт- Петербурга стояла разодетая толпа людей, а посреди, рядом с женихом, мельтешил непомерных размеров кусок кружевной ткани.
– Невесту видишь? Нет? А она есть! – Ульяна вздохнула. – И тут есть, и тут… Но везде эта занавеска летает! Ветер, видишь ли, случился… Питер же, осень, однако. Погодка…
Вадим покосился за окно.
– Да, правильно. Ветер и дожжжжж… – кивнула Уля понятливому мужу.
– Погоди, так он же ещё днём начался! – Вадим начал догадываться о размахе явления под названием «Обломищщщще».
– Ну, да. Как только из ЗАГСа вышли, так и начался. До этого был ветер, а потом – дождь! Проливной, – Уля развела руками, словно извиняясь за капризную осеннюю погоду родного города. – А Асе надо много времени, чтобы влезть в машину…
– Зонты были?
– Были, но от потока под ногами её это не спасало. А потом, когда она упихала себя в машину, вылила воду из ходуль и отдышалась в своём корсете, выяснилось, что надо уже выковыривать себя из машины и мчаться под проливным дождём по лужам к ресторану.
– Ну, хоть там отдохнула… – предположил Вадим и снова ошибся.
– Неее, а там выяснилось, что она не может есть! – вздохнула Ульяна. – Нет, она это не сразу осознала. Сначала обнаружила, что вытирала лицо от дождя и смазала мэйк. Ну, это ладно, ерунда. Я поправила, мне не сложно, а вот когда все устроились за столами, и Ася даже юбки свои расположила удачно, выяснилось, что она так утянута, что еда уже не помещается. Самое смешное, что я-то это знала и предложила кому-нибудь съездить к ним домой да привезти что-нибудь попроще из одежды, но меня облили коллективным презрением и всю дорогу читали лекции о том, что уподобляться неправильной Маринке Ася не собирается.
– А после того, как она выяснила, что будет весь вечер сидеть и смотреть, как все едят и пьют, а она ничего даже попробовать не может? Она согласилась на переодевание?
Ульяна покачала головой:
– Их же непрерывно снимали! Ася наняла фотографа. Так что всю красоту фиксировали.
Исключительно из человеколюбия Ульяна не стала говорить, что было, когда природа затребовала своё и Ася отправилась в ресторанный туалет, а это была отдельная печальная песня. Печальная для Аси, разумеется, зато очень уморительная для Асиных подружек невесты. Подружки вываливались из дамской комнаты беззвучно хохоча, отдувались, а потом, с трудом нацепив на себя скорбно-озабоченное выражение, мчались обратно, за новой порцией впечатлений.
