Работали мы на том же научно исследовательском судне и опять же в Тихом океане. Одним из заходов должен был быть Лос-Анджелес. Я в Штатах тогда, ещё ни разу не был. Интересно, как там? А другой наш пароход, контора продала на Дальний Восток. Идти ему из Атлантики через Тихий океан и как раз через наш район работ. Вот руководство и назначило нам встречу. Перегрузить к нам на борт кое-что из научного оборудования, приборы и кое какое судовое снабжение. Сопровождающими этого имущества к нам должны были пересесть три человека. Два инженера из науки и один из команды.
Как происходила эта перегрузочная операция, пересказывать не буду. Перегрузили и ладно. И люди пересели. И одним из них оказался мой старинный друг Юрик. Он матросом тогда работал. Всё мы с ним никак не могли попасть на один пароход и очень расстраивались. А тут на другом конце Земли встретились. Естественно, не обошлось без возлияний. Такое дело! Как же без этого. Но не в этом суть.
Пришли в США. Поднялись на борт власти. Строго проверили все судовые документы и… запретили сход на берег как раз этим трём человекам, что пересели с другого парохода. Штатники ещё те бюрократы. Нельзя и всё! Тут надо пояснить, что научно-исследовательские суда по международному морскому праву причисляются к военно-морским судам и кораблям. А, следовательно, и оформление захода в иностранные порты значительно усложнено. Заранее через министерство иностранных дел подаётся заявка на заход, судовая роль
А, фигня эта Америка, гонору много, а толку мало. Ну и ладно, и в других местах нас примут как родных.
Бросили якорь на рейде Кальяо. Там все стоят на рейде. Особенно много было наших рыбаков. На берег возили катером, но сразу предупредили, очень серьёзная криминогенная обстановка. Да и на рейде стоять небезопасно. Часты случаи хищений. Выставили, конечно, усиленную вахту на баке и корме. Все фонари за борт светят. Сторожим. Днём-то они постоянно вокруг нас шныряют на лодках. Покупают всё подряд или меняют на водку. Хреновая местная водка, но всё же пить можно. Наши, естественно, тоже не скромничают. Сдают всё, что только можно. За деньги мало, всё больше за водку. Ну конечно, что по ценней, начальство попрятало. А что спрятать нельзя, сторожить нужно. Но как всегда, не доглядели. С кормы «ушла» целая бухта пропиленового швартова. Как уж там вахта неслась, а факт на лицо. Двести метров новенького конца, большие деньги. А выговор, ерунда, снимут потом. А случилось это днём, когда большая часть экипажа уехала на экскурсию в Лиму.
В столице тоже не всё благополучно обстояло. И криминал процветал, и какие-то политические дрязги происходили. На каждом перекрёстке броневики, солдаты с оружием и газовыми баллонами. На крышах некоторых домов, вокруг президентского дворца, демонстранты с транспарантами. Кричат что-то. Полный бардак. А город красивый. Старинный. Архитектура и всё прочее. И тут же, среди всего этого, ужасная нищета.
