Едва только закончился этот разговор, как высоко в небе раздалось едва слышное гудение. Подняв взгляд, генерал Гот увидел в сияющей синеве четкую формацию из двадцати четырех ярких блестящих точек, за которыми тянулись длинные белые инверсионные следы. Вскинув к глазам бинокль, Гот похолодел. Огромные четырехмоторные серебристые машины с откинутыми назад стреловидными крыльями казались воплощением скорости и мощи. Шли они на запад, на Берлин, утро в котором тоже довольно скоро должно перестать быть томным. А ведь с начала войны прошло всего лишь чуть более часа.
Война с Германией продолжалась вот уже целых три часа. Как и предупреждала Москва, ровно в четыре утра армады немецких самолетов пересекли границу, а чуть позже под прикрытием артиллерийского огня вперед пошла германская пехота с танками. На всем протяжении границы, от Припятских болот до вершины Львовского выступа, с первых же минут войны завязались тяжелые оборонительные бои. Красная Армия была готова к отражению вражеского удара, но и враг тоже был силен.
Несмотря ни на что, война эта была, можно сказать, правильной. На полевом КП фронта под Тарнополем исправно функционировала связь, и операторы штаба регулярно наносили на карты текущую обстановку. В полном объеме к Жукову поступала и достоверная разведывательная информация, в первую очередь полученная путем наблюдения с воздуха. Такой войной вполне можно руководить, что генерал армии Жуков и собирался делать дальше. И не только руководить, но и разгромить и уничтожить врага, поскольку все предпосылки к этому были налицо.
Первыми в бой с врагом вступили летчики-истребители. Генерал-лейтенант Кравченко поднял в воздух всю истребительную авиацию Юго-Западного фронта и нанес бомбардировщикам 4-го воздушного флота такой мощный встречный удар, от которого противник так и не смог оправиться. Ожесточенные воздушные сражения развернулись западнее Львова, где советская авиация перехватила «юнкерсы» 51-й бомбардировочной эскадры, чьей целью были Львов, Стрый, Станислав, Черновцы, а также над маленьким приграничным городком Сокаль, где красными соколами в оборот были взяты «хейнкели» 55-й бомбардировочной эскадры, направлявшиеся на бомбежку советских тыловых объектов в Луцке, Ровно, Шепетовке и Житомире.
Неслыханная наглость командования люфтваффе, пославшего свои бомбардировщики в первый налет без истребительного прикрытия, обернулась таким же невиданным конфузом. Генерал Кравченко использовал опыт, полученный советскими летчиками в небе Китая и Монголии. Сначала специальные «ракетные» эскадрильи И-16 с дистанции полтора километра дали залп «эрэсами» по плотной бомбардировочной формации, после которого строй немецких бомбардировщиков рассыпался, и испуганного и деморализованного врага атаковали другие истребители с пушечным вооружением.
Не менее четверти «хейнкелей» и «юнкерсов» было сбито первым же ракетным ударом краснозвездных ястребков, а остальные тут же попали в головокружительную мясорубку, по сравнению с которой знаменитая «битва за Британию» была всего лишь детской игрой в песочнице. Сбросив бомбы куда попало и до предела форсируя моторы, немецкие бомбардировщики развернулись в сторону своих аэродромов.
Срочно примчавшиеся на помощь избиваемым бомбардировщикам «эксперты» 3-й истребительной эскадры люфтваффе ввязались во встречную схватку на горизонталях с пятикратно превосходящими их по численности современными советскими истребителями МиГ-3, И-182 и Як-1 и в первые же минуты боя понесли тяжелые потери. Юные безбашенные лейтенанты, конечно, не имели такого большого боевого опыта, как их германские оппоненты, уже успевшие повоевать в небе Польши, Норвегии, Бельгии, Голландии, Франции и Британии. Но они верили в правоту своего дела и рвались в бой, не жалея ни себя, ни врагов. И падали с небес объятые пламенем новенькие «фридрихи», пятная голубое небо жирными траурными столбами дыма.
Именно здесь, в небе Украины, а не над Белоруссией, где с немецкой стороны практически не осталось выживших свидетелей, И-182 получил у немецких пилотов свое знаменитое прозвище «Суперкрыса».
Бой лоб в лоб, глаза в глаза, без жалости и пощады, до победы или смерти… И «эксперты» люфтваффе не выдерживали этого напряжения, выходя из схватки глубоким пикированием. Драться с этими берсерками? Да ни за что! А пикировать «мессер» умеет, и в этом ему нет равных ни среди немецких, британских, японских и американских, ни среди советских истребителей. Выйти из боя таким образом «мессерам» было легко, и их пилоты воспользовались этим обстоятельством. Спаслось больше половины немецких истребителей, но главное было сделано – боевой дух «экспертов» оказался надломлен, что в ближайшие дни обещало советской авиации полное господство в воздухе на данном театре боевых действий.
Советская авиация тоже понесла потери, но за счет численного превосходства и высокого боевого духа эти потери не шли ни в какое сравнение с немецкими.
