– Ровно в четыре часа утра, – снова начал докладывать адмирал Кузнецов, – нашей зенитной артиллерией и приданными силами потомков был отбит массированный налет вражеских бомбардировщиков на Севастополь. Инфраструктура военно-морской базы, корабли и объекты в городе повреждений не получили, вражеская авиация понесла тяжелейшие потери и отказалась от выполнения поставленной задачи.
Затем, примерно в десять утра по московскому времени, следуя заранее подготовленному плану, главные силы нашего Черноморского флота в составе линкора «Парижская коммуна», крейсеров «Ворошилов», «Молотов», «Красный Кавказ», «Червона Украина» и «Красный Крым», лидеров «Москва», «Ташкент» и «Харьков», а также всех тринадцати эсминцев нанесли артиллерийский удар по румынскому порту Констанца. После подавления береговой обороны был высажен десант в составе двух бригад морской пехоты. В настоящий момент десантники полностью овладели Констанцей и ожидают прибытия подкреплений для того, чтобы развить наметившийся успех.
– На этом пока все, товарищ Сталин, – закончил доклад маршал Шапошников, – я буду тут же сообщать вам о всех изменения обстановки на фронтах.
Верховный в задумчивости прошелся по кабинету.
– Пока все вроде бы идет по плану, – наконец произнес он. – Есть мнение, что если мы так же будем действовать и дальше, то, как сказал в своем обращении товарищ Молотов, враг будет разбит в самые кратчайшие сроки, и победа будет за нами.
После того как на «той стороне» отбушевал огненный вихрь после залпов сотен реактивных установок бригад особого назначения, их эстафету подхватили самоходные гаубицы из состава тех же бригад, а также гаубичные и пушечные полки РГК, выдвинутые командованием на это ключевое направление. Им была поставлена задача – окончательно подавить и вывести из игры немецкую артиллерию и помешать вражескому командованию маневрировать резервами.
Но вся эта мощь, немалая по нынешним меркам, не могла сравниться с тем морем огня, которое бушевало на немецкой стороне всего несколько минут назад. Несмотря на понесенные потери, вражеская артиллерия героически пыталась отвечать, где вразнобой, отдельными орудиями, а где и более-менее организованно залпами уцелевших батарей, не принимавших участия в первом немецком артиллерийском ударе по советской территории.
Но это было лишь бесполезными попытками оказать сопротивление. Радиолокационные станции артиллерийской разведки «Зоопарк» оказались и быстрее и точнее немецких звукометрических установок. Примерно в течение часа вся немецкая артиллерия в зоне ответственности 6-й стрелковой дивизии была приведена к полному молчанию. Как говорят в Одессе – никто никуда не идет.
Но несмотря на все потери, противник был еще очень силен. Если до начала войны в полосе 6-й стрелковой дивизии общей численностью чуть более восьми тысяч бойцов и командиров должны были действовать три пехотных и четыре танковых дивизии противника, которые только в людях превосходили дивизию Золотухина более чем в двенадцать раз, то теперь, после ударов «Градами» и «Ураганами», это преимущество сократилось до семи-восьмикратного.
Да, передовые части противника, выдвинутые непосредственно к границе, понесли ужасающие потери. Но из глубины непрерывно подтягивались резервы, ранее предназначенные для развития успеха, а потрепанные артиллерийским огнем подразделения сводились во временные кампфгруппы, готовясь к форсированию границы. И хоть всему этому по мере возможностей пыталась мешать советская артиллерия и авиация, но все же генерал Гудериан был неплохим организатором, и дело у немцев мало-помалу двигалось.
Дополнительные сложности у немцев возникли из-за того, что граница, которая теперь стала линией фронта, в полосе ответственности 2-й танковой группы проходила по Западному Бугу – значительной водной преграде. Поскольку большая часть переправочных средств, приготовленных для форсирования границы, была уничтожена советской контрартподготовкой, то все внимание уцелевшего немецкого командования было обращено на два шоссейных и два железнодорожных моста через Буг. Немецкие саперы заверили командование в том, что все заложенные большевиками заряды ими уже обезврежены и мосты безопасны для движения германских войск.
По первому шоссейному мосту, севернее Бреста, по изначальному плану должны были наступать 17-я и 18-я танковые дивизии 47-го моторизованного корпуса, а по второму шоссейному мосту, расположенному южнее реки Мухавец, были готовы двинуться вперед 3-я и 4-я танковые дивизии 24-го моторизованного корпуса. Несмотря на потери, они все еще оставались достаточно грозной силой, и разом перескочив через реку, Гудериан рассчитывал с двух сторон охватить Брест бронированными клиньями, оставив центр с городом Брестом, где как раз и находились железнодорожные мосты, на съедение пехотным дивизиям 12-го армейского корпуса.
