Блеск шумного лондонского света не слишком привлекает Софи Блейк – ей куда приятнее проводить время со старым другом, неисправимым повесой Грэмом Кавендишем, который ценит в ней не красоту, а характер и острый ум… по крайней мере, так считает Софи. Она и понятия не имеет, какую душевную рану скрывает под внешним легкомыслием Грэм, не знает, что он в действительности любит ее больше жизни, но не может предложить любимой руку и сердце – ведь он разорен и должен найти богатую невесту, чтобы сохранить фамильное поместье.Но что случится, если однажды Кавендиш не сможет совладать со своей страстью?..
© Celesta Bradley, 2008
© Перевод. Е.В. Моисеева, 2016
© Издание на русском языке AST Publishers, 2017
Давным-давно, чудесным весенним днем три крошечных девочки – кузины и будущие соперницы – вместе играли на лужайке обычного английского поместья.
Старшая, Софи, наблюдая за жучком на тропе, присела так неловко, что подол ее платья оказался в пыли. Средняя, Феба, ласковая и непосредственная, охотилась за бабочкой. Самая юная, Дирдре, поразительно хорошенькая малышка, выхватила жука из-под носа у Софи и, не обращая внимания на протесты кузины, съела его.
Их матери (печальная и разочарованная жизнью вдова – мать Софи, добрая, но изможденная заботами супруга викария – мать Фебы, и почти бесплотная, болезненная красавица – мать Дирдре) наблюдали за ними, сидя на одеяле, еще не сложенном после их общего пикника.
Мать Софи, кузина обеих женщин – сестер, – с раздражением попыталась прихлопнуть некое многоногое существо, имевшее несчастье заползти ей на юбку.
– Что за глупая фантазия, – пробормотала она, – ненавижу есть не за столом.
Мать Фебы, единственная из женщин, чьи руки хранили следы настоящих трудов, осторожно сняла подозрительное насекомое, выпустила его в траву и улыбнулась, взглянув на весело играющую дочь.
– Бог с ними, с гусеницами. Лично я рада, что просто сижу.
Мать Дирдре обмахнула свои бледные щеки и тоже улыбнулась.
– Я в последнее время мало бываю на воздухе. И так приятно видеть, как девочки играют вместе!
Мать Софи долго смотрела на собственную дочь, потом перевела взгляд на двух хорошеньких дочек своих кузин. Конечно, вслух об этом не говорили, но было и так ясно, что из всех троих не Софи быть самой красивой.
О фонде Пикеринга тоже не говорили. Но разве могут они не думать, пусть и заранее, о том, что их дочерям может представиться шанс, который сами они, со всей очевидностью, упустили?
Конечно, одна из сестер нашла себе достаточно богатого человека, но, разумеется, не герцога, вовсе не герцога. Второй сестре достался всего лишь викарий. Ее собственное положение ненамного лучше. Правда, покойный муж прилично обеспечил ее, но если смотреть правде в глаза, то сейчас она практически на той же ступени социальной лестницы, с которой начинала.
Да, жизненного успеха должно добиться следующее поколение. Мать Софи с грустью рассматривала угловатые колени дочери, следила за ее неловкими движениями. Софи унаследовала даже нос Пикерингов.
Неужели такую девушку захочет получить в жены герцог?
