Вампиры действительно уже давно не скрывали от своих невольников, какими способностями обладают. Ведь что знают двое, то знает свинья. Глупо рассказывать это одному человеку, но хранить в тайне от всех остальных обитателей поселка. Главное чтобы это знание не покидало пределы деревни. И тогда все будет хорошо!
– Мы думали ты шутишь…
– Зачем мне так шутить?
– Ну чтобы показать превосходство…
– Показать свое превосходство мне не сложно и более простыми способами, – Люси взмахнула рукой и по комнате прошла волна теплого воздуха, моментально поднявшая температуру в помещении на пару градусов, – И ты думаешь зачем вас за уши иногда всех трогают?
– Ну нравиться…
– Кровь вашу мы так берем!
– Зачем? Ведь ее и так сливают с нас в бочки?
– Так мы проверяем вашу преданность и верность! И следим, чтобы вы ничего не натворили, – высокомерно заявила Стефания и протянула руку к голове Жизель.
Каторжанка попыталась уклониться, но соперничать в скорости с вампирессой не могла и была крепко и больно схвачена за ухо.
– ААА-ййй.
– Не дергайся! Сопротивление вампиру это нарушение! Но я закрою на это глаза, – поспешила быстро добавить Стефи, поймав недовольный взгляд Люси, – Ты только что пришла со свидания с парнем по имени Ян. Вы занимались любовью на первом подвальном этаже в соседней башне. Ты задрала платье и уперлась руками в холодную стену, а он вошел…
– Хватит! – закричала Жизель.
– Ну хватит так хватит, – спокойно согласилась вампиресса, – Просто хотела показать, что Люси говорит правду. Мы знаем о вас все.
– Меня теперь накажут? – со слезами на глазах и очень тихо спросила каторжанка, чью личную жизнь только что сделали прилюдной, а главное Стефания узнала ее мнение о себе.
– За что? Встречи с мужчинами не запрещены. И нам плевать, что вы о нас думаете. Вот будешь отлынивать от работы тогда накажут. Поэтому найди лучше кого из стюардов и попроси ставить вас с Яном на работы так, чтобы было одно и тоже свободное время. И трахайтесь на здоровье.
– Но ведь беременных девушек увели…
– Их разместили в другой башне и дают более простую работу.
– А кого мне надо просить? – сразу заинтересовалась Жизель, чьи слезы просто моментально высохли не оставив следов.
– Стюардов! Это те у которых знак из трех ладоней! – вампиресса показала на свой знак в виде золотой звезды, размещенный чуть выше сердца.
– Ладно, раз у вас все хорошо, то мы пойдем, – Люси махнула Стефании рукой, приглашая за собой и вышла, жалея о том, что вообще привела ее сюда к каторжанкам.
Оставшиеся одни каторжанки еще некоторое время молча смотрели им вслед. В их головах осталось только воспоминание о более простой работе, которую получают беременные.
После казни и разговора с алукардом, Леонид как и его подопечные, тоже не ложился спать. Идея Александра требовала немедленного развития. Депрессия, а иначе воевода не мог охарактеризовать навалившееся на обращенных чувство пофигизма к себе и окружению, становилась проблемой, решать которую надо было срочно. Вызвав к себе в кабинет нескольких подчиненных, он по одному зазывал их и подробно расспрашивал. Впервые за все время разговаривая по душам с теми, кому он привык отдавать короткие и ясные приказы.
Результатом таких посиделок стал разнос, который получил прапорщик. Леонид впервые оценил всю глубину идеи политруков, подивившись тому, как он случайно так четко определил важность поста прапорщика и его роль и тому, как бездарно была реализована столь замечательная идея в их родном мире и как она была почти на корню загублена здесь.
Александр оказался полностью прав. По крайней мере разговор почти с десятком обращенных давал шанс на это. Вампиры не осознавали своего места в новых для них условиях. Не видели целей и перспектив, а вместо этого периодически их ставили в строй и казнили одного или другого их товарища, или же сообщали о такой казни по ее факту. И даже их кровь не могла подсказать ответ офицерам или Леониду или сообщить о наличии проблемы. Просто они сами не понимали своих чувств, да и времени разбираться и понимать себя у них не было. Тренировки и учеба выматывали до предела, но так и было задумано. А вот прапорщик, который и должен был устранять все подобные психологические последствия, исполнял свои обязанности очень формально и просто накачивал солдат идеями о том, как это здорово быть вампиром и как им повезло. Одним словом практически промывал им мозги, вместо того, чтобы помогать и заботиться о них, выполняя просветительскую работу и успокаивая страхи подчиненных.
Давая чуть позже отчет Триумвирату, Леонид в категоричной форме потребовал отстранить прапорщика от должности и даже вообще снять его с нее. Весь институт прапорщиков как и задумывал изначально воевода, был структурой подчиненной Армейскому Корпусу лишь частично. Непосредственный контроль над ними осуществляли триумвиры, которым единственный пока прапорщик и подчинялся, и без ведома и одобрения которых не мог быть лишен своего поста.
– Ты уверен в своем выводе? – Евгений, после доклада Леонида, был хмур.
