- Дело не в удаче. Просто в тебе живёт герой. Не из разряда тех, что влезают в горящие дома и спасают детей на глазах восторженной публики. А тот, что без особого пафоса и показухи будет верен себе в любой ситуации. Ты свет, Дима, яркий и тёплый.
- Может, поедем, наконец? - недовольно отозвалась с переднего сиденья Василец. - Устроили тут мелодраму на выезде!
Ильющеня ободряюще ткнул Яну пальцем в щёку. Гаруля же попыталась ударить его по колену, но не дотянулась. Ребята засмеялись...
Щербаков не упустил ни единого слова из разговора Брюса и Горностаева. Образ таинственного Питона, обрисованный Садовским, и его реальная версия склеились в одну противоречивую личность. "Насколько нужно быть отшибленным, чтобы мучать собственного племянника?" Более запутанных родственных связей Монитор и придумать бы не смог.
Перестань поливать цветок в горшке - и он завянет через пару дней. Как заведующий кафедрой, к которой принадлежал Щербаков, видел мир, построенный на связях, так наш герой сейчас видел его в аспекте манипуляций. "Множество и подмножество. Правительство и граждане. Босс и подчинённый. Отец и сын", - спускался к частностям Монитор. Даже в таких светлых понятиях, как любовь и дружба, Саня обнаружил эти сорняки. "Мы все отравлены этим, причём очень давно. Просто даём этому красивые имена и живём дальше. Эгоизм и альтруизм, например".
Щербаков вернулся к своим баранам. Он не находился под пристальным надзором, однако всё равно ощущал себя связанным по рукам и ногам. "Я даже не пешка, а какой-то король, который делает маленький шажок и потом страшится любого хода вражеских фигур". Более того, Монитор ловил себя на том, что бездействие его связано с тем, что из головы не выходит Танатос. Он сдался, когда байкеры едва не придушили Борискина, а предстоящий поступок никак не может быть связан с жалостью. "Я почти уверен, что именно Саня станет необходимой жертвой. Хватит ли у меня духу, чтобы переступить через себя?"
Наш герой посмотрел в лицо друга. Брюс в этот момент был почти полной противоположностью Щербакову. Холодный собранный взгляд, устремлённый прямо в лицо Горностаеву. Привычку смотреть прямо в глаза собеседнику Монитор заметил в Сане уже давно. Борискин будто устанавливал визуальный мост, а потом не спеша, дабы не сломать хрупкую конструкцию, входил в голову человека. Испытывая трудности в характеристике людей, Щербаков назвал бы друга странным, вложив в это прилагательное больше смысла, чем толковый словарь.
Началось движение. Разочарованный Питон отошёл в сторону, и на передний план вышел бугай.
- Мне всегда нравились истории про пиратов. В моём воображении они рисовались одноглазыми дядьками с бородой и попугаями на плечах.
- А мне всё думалось, что ты с сестрой, например, возил коляску с куклой. Делал ожерелья из бусин, шил платьица...
- У меня нет сестры, - сурово оборвал его Толя.
- И у меня. И братьев тоже нет. Только двоюродные, - поделился Брюс.
Бугай от удивления даже остановился.
- А как же глупая шутка?
- По заказу не получается, - развёл руками Саня.
Байкер схватил парня за бороду.
- Никогда не выкалывал глаза, но это, должно быть, больно.
- Да уж явно не щекотно.
Толя занёс отвёртку над глазом. Из-за волнения острие отвёртки то отдалялось, то приближалось. "Или это я трясусь?" - предположил парень. Бугай набрался мужества. Рука его быстро рассекла воздух. В последний момент Саня дёрнулся. Металлический стержень вонзился в сантиметре от правого уха и раскроил плоть до основания губ. Толю обдало кровавым фонтаном. Брюс истошно заорал...
Щербаков сорвался с места, как ураган. Рванувшие ему наперерез байкеры опоздали. Саня с прыжка ударил в грудь противника всем весом тела и уже на полу, в приступе ярости начал молотить по лицу Толи. Бугай не ожидал такого мощного натиска и, не в силах поставить блок, беспомощно двигал головой. Монитора скрутили и с трудом оттащили в сторону.
- Ублюдки! Только и можете, что нападать толпой! Или резать беззащитных, как бандиты! А-а-а-а-а-а! Будь у меня отвертка и свободные руки, я бы выколол тебе, змеиная рожа, оба глаза!
Уголки губ Горностаева дрогнули. Он вытащил один из ножен один из мечей, положил оружие на пол и ногой толкнул в сторону Монитора.
- Приступай, Щербаков. Мне будет даже любопытно. Отпустите его.
Байкеры исполнили приказ. Саня с недоверием поднял меч и обхватил рукоять обеими руками. Взгляды мутанта и парня схлестнулись. Щербаков принял боевую стойку и, обходя противника по кругу, постепенно сокращал дистанцию. Атаковал Монитор внезапно. Сместил ногу, а потом резко нанёс рубящий диагональный удар. Горностаев оказался на чеку и успел выхватить меч. Клинки схлестнулись.
Саня отшагнул назад, расположил лезвие параллельно бровям и попытался вогнать его в глазницу Питона. Мутант слегка сдвинул корпус, и меч зачерпнул пустоту. Щербаков продолжил наступательную серию, и по дуге перевёл клинок в боковую атаку. Встретив отпор и там, Монитор прокрутился на пятках и нанёс мощный круговой выпад.
- Неплохо. С бакеном баловался? Техника, правда, хромает. Я дважды мог тебя зарубить.
