Не сказать, что синекожие застали защитников Веспаркаста врасплох. О врагах, хлынувших из араньи, узнали дозорные и Марн, забивший тревогу. Вскоре стены крепости заполнились людьми, оборотнями и горными троллями, дриады и древни встали стражей у метательных машин. Изверг самолично возглавил отряд боевых магов, рассредоточившийся по башням. Чародеи стихии Земли обновляли чары укрепления, наложенные с вечера на стены, двое воздушников взывали к элементалям, а водные со скрипом покрывали эти же стены ледяной корой, умножая защиту.
Работающий на высокой угловой башне Марн разложил на столике перед собой запечатанные свитки заклятий и, раскрыв один, громко и нараспев зачитывал, при этом указывал перстом на подступающее море синекожих.
Будучи геомагом, Гиор выложил на башне груду камней разного размера и формы. Он напитывал её айгатой, прикасаясь ладонями к полу и так подготавливая к использованию заклятие. В воздухе на высоте человеческого роста зависли мелкие камешки с острыми краями и увесистые обломки строительных блоков.
Одержимые и костяные создания вплотную подбежали к реке и, не останавливаясь, в несколько прыжков пересекли её. Вцепляясь в лёд крепкими когтями, твари принялись шустро карабкаться по отвесной стене.
По команде лучники выпустили рой стрел с освящёнными наконечниками. Раздался скрежет, одержимые сорвались и, кувыркаясь и визжа, полетели вниз. Не разбились, отметил про себя Гиор и выкрикнул слово-активатор заклятия.
Стрелы не возымели действия на костяных тварей, попросту отскакивая от щитков, которыми те прикрыты со спины и боков. Вот каменный град сработал идеально: свистнувшие в воздухе снаряды буквально снесли лезших существ, перебив им конечности. Рухнувшие присоединились к утыканным стрелами одержимым на льду реки.
На противоположном берегу появился передовой отряд троллей. Шагах в пятистах за ним рядовые воины несли штурмовые лестницы из палок, скреплённых волосяными верёвками и кожаными ремнями. Впереди бежал рослый синекожий в набедренной повязке и ноговицах из шкуры махайра, вооружённый абсолютно чёрным, от пятки до кончика листовидного клинка, копьём. Вождь во главе передового отряда? Татуировки, изображающие орнамент из перекрещенных чёрточек на шее, руках и лбу — отличительный знак предводителя племени. Гиор насчитал тринадцать воинов, как раз лидер с охранной дюжиной. Тролль с разбегу заскочил на лёд реки и копьём прикончил оказавшихся бесполезными одержимых и костяных тварей, крайне ценных при штурме. Ураганом он пронёсся меж созданий чёрного колдовства и запрыгнул на отрезок берега, на коем высилась крепостная стена. Стремительный прыжок вверх, удар копьём в ледяной панцирь, и синекожий вонзил пальцы руки в углубления, оставленные когтями костяного создания, выдернул оружие и бросил себя выше, всадив наконечник в каменный блок.
Демоны побери проклятых тролльих колдунов, наделивших вождя неестественной ловкостью и давшие ему зачарованное оружие! Айгата на чары укрепления и броню изо льда потрачена впустую.
Загудели метательные машины, послав в наступающих начинённые гремучим зельем снаряды — тайный козырь защитников Веспаркаста, применявшийся лишь однажды, полвека назад. Над головами троллей глиняные сферы взорвались, обдав врагов империи дождём из наточенных до остроты лезвий кусками железа и из горящего церковного масла.
Гиору сдавило горло, слабость в ногах вынудила упасть на колени. Астрал точно разорвало вместе со снарядами, и продолжало рвать, корёжа духовное тело мага. Произошло нечто ужасное, из-за чего чародеи утратили всякую возможность творить чары, а обычные воины Веспаркаста застыли в страхе. Не пребывавших под защитой ангелианских артефактов синекожих начавшийся в астрале хаос сводил с ума. Они познали ужас, несмотря на действие берсеркового зелья, отголоски их эмоций доносились до Гиора.
Тролля с чёрным копьём не смутил бушующий в астрале катаклизм. Он вполне спокойно двигался к вершине стены.
— Стреляйте в него, сыны империи! — громом прокатился над крепостью глас священника, снимая оцепенение с воинов.
Последовавший залп частично достиг цели: карабкающегося вождя пронзило без малого десятком стрел, едва не сбив вниз. Он удержался, невзирая на раны, и продолжил подъём с той же скоростью, врезая пальцы в ледяную кору.
Искуснейшие лучники стреляли освящёнными стрелами с наконечниками, выплавленными из церковного серебра, и не причинили синекожему неудобств. Он обламывал на ходу древки попавших в него стрел, ударяясь о стену, и упрямо лез вверх, будто перестал быть смертным. Одержимым он тоже не был, иначе валялся бы в реке, корчась от вызванных ураганом энергий в астрале судорог. Младшие и старшие лоа плохо переносят боль своего покровителя, да и вообще всякого старейшего поблизости.
