Удивляться происходящему сейчас я уже даже перестал, всё делал почти на автомате. Переодеваться по ходу движения было неудобно, но я как-то справился. К моменту прибытия на аэродром все в автобусе уже облачились в защитные комбинезоны, но пока без шлемов. Мишка тоже экипировался, а когда, я и не заметил. На плече у него я отметил лейтенантский шеврон.
Ого, лейтенант! Совсем недавно ведь сержантом был...
— Быстро выходим! Бегом к третьему ангару!
Встречавший автобусы возрастной военный указал нам направление дальнейшего движения.
На взлетном поле работал давно отлаженный механизм. Без суеты и упорядоченно люди в защитных комбинезонах грузились в вертолеты, подъезжали, разгружались и уезжали такие же как у нас маршрутные автобусы.
У ангара с цифрой три на стене мы получили оружие и всё, что положено. Мне ещё и две сумки с медициной достались. Кому же ещё, ведь именно у меня на плече красный крестик имелся.
— За мной!
Пяти минут с прибытия сюда не прошло, а наша группа уже бежала за Мишкой к вертолёту.
Никак не предполагал я, что так сегодня у меня день сложится.
Глава 40 Вот и долетели
Лётное поле, ангары, автобусы остались внизу, а наш вертолет начал подниматься.
Час назад я ещё в отделении пол мыл, а сейчас к пробою лечу. Кто бы про такое подумал...
Старший у нас — Коромыслов. Не сам он себя назначил как в прошлый раз, а где-то вверху это утверждено и подписано.
Пока Мишка в госпитале был, я времени зря не терял. В библиотеке каталог перешерстил, нашел всё про сумки, что сейчас у моих ног стояли. Что там, зачем, для чего и сколько. Оказывается, тайной это не являлось.
Подозревал я, что с неба нас прямо на пробой бросят, не цветочки мы будем собирать, а поэтому надо немного ребят из отряда подготовить. Была у меня такая возможность. Конечно, не боевыми стимуляторами их сейчас накачать, а напитать организмы бойцов всем нужным. Мало ли какими у них ночь и утро были, кто и может быть позавтракать не успел, по разным причинам плохо себя чувствует. Имелась на это соответствующая инструкция, вот и должен я её сейчас выполнить.
Через головы прыгать не надо, поэтому я Коромыслова тихонько в бок локтем пихнул. Я с ним рядом по старой памяти место занял, а он и не возражал.
— Что?
— Инструкция 6-15-64.
Мишка на секунду задумался, что-то в мыслях прикинул.
— Давай, не помешает, — дал добро лейтенант на реализацию моей инициативы. Подмигнул мне даже. Вот де, втягиваешься старшина, способствуешь со своей стороны успешному решению боевой задачи.
Я покопался в сумке, нашел нужные комплексы в инъекторах. Каждому из отряда их на руки выдал, помаячил куда колоть. Может это и лишнее, но пусть будет.
Первому Мишке инъектор достался. Он — командир, ему и приоритет.
Сам себя кольнул, по всем жилушкам как угодничек босыми ножками прошелся... Лепота...
Внизу тянулись лесные массивы, дороги с зелеными коробочками армейской колесной техники. Всё двигалось в одном с нами направлении.
— Какой пробой для нашей группы будет? — на правах старого знакомого поинтересовался я у командира.
— Точно не знаю.
Мишка был хмур и задумчив, то и дело всех нас глазами обводил, что-то прикидывал.
— Не знаю, Серег. Выгрузимся — увидим. Про единичку я краем уха слышал...
Чего? Единичка? Это же с летуном!
— С летуном? — озвучил я последний кусочек промелькнувшей у меня мысли.
Не зря я в библиотеку в прошедший месяц по свободным вечерам ходил. Много там не накопал, но кое-какие крошечки информации всё же попались. Правда, для этого пришлось военник с собой прихватить, чтобы в читательском билете мне соответствующую отметку поставили. Ну, что имею я доступ к определенной литературе на самом низком уровне.
Что интересно, в самой библиотеке тут всё больше мужики-инвалиды работали, а не барышни-бабушки как дома. Использовало государство по полной программе остаточную трудоспособность увечных бойцов. Здоровым теткам другое применение для всеобщей пользы найдется, а тут могут и ветераны-отставники поработать. Посильную пользу принести и при деле быть. Последнее — тоже важно.
Кстати, бабушка-вахтерша в моем заводском общежитии, тоже инвалид. Как-то она из своей будочки вышла и я сейчас к ней с большим уважением отношусь. Явно не по пьяному делу она ног лишилась, да и планочка на кофточке в праздник у неё была весьма убедительная. Почти как у Мишки.
— С летуном, — подтвердил мои опасения лейтенант. — С летуном...
О-хо-хо... Так и до места можно не добраться...
До места мы долетели, но там такое творилось!
Вертолет садиться не стал, только завис и нам вниз пришлось прыгать.
Откуда-то из-за горизонта по пробою что-то тяжелое непрерывно работало, про периметр уже и речи не было.
В шлеме, что я уже в вертолете нацепил, ор стоял. В рамке на защитном стекле перед моими глазами какие-то волны то появлялись, то исчезали, а меток шаров не было.
Наш вертолет не успел обратно убраться. Откуда-то со стороны пробоя что-то вроде огненного шара прилетело и всё.
Есть у меня всё же везение! Машина, что после нашей приземлялась, такой же подарочек получила и вспухла малиновым облачком.
