— Не горячись, парень. Сперва ответь на мой вопрос. Так что случилось с Испанцем?
— Я прострелил ему башку, — выпалил Димка. — И это тоже вышло не случайно. Я стрелял в него и попал. И что ты теперь сделаешь? Убьешь меня?
Несколько секунд томительного молчания. Димка готов уже был снова броситься на сталкера — подыхать, так в борьбе за свою жизнь. Но тот заговорил раньше, снова с удивительной точностью предупредив его порыв:
— Зачем тогда было тебя спасать? — Все такой же спокойный голос, разве что теперь глуховатый, пронизанный искренней печалью. — Что же до Испанца… он был хорошим человеком. Одним из нас. К сожалению, в этом мире многое предопределено и многое не дано исправить. Так ты хочешь увидеть сестру? Да или нет?
— Она жива?!
— Да жива, дурень. Живее тебя будет, ты вон на ногах уже еле держишься, а все хорохоришься. Все, не стой столбом, иди за мной. Все ответы получишь, когда придем, тут недалеко.
Спокойствие этого человека, его беззлобность обезоруживали. Как Димка ни искал фальши в его поведении, он не мог ее обнаружить. Вспомнилась фраза, которую часто повторял Ворчун, пока Димка проходил обучение в Полисе: «Всегда старайся лучше разобраться в ситуации, прежде чем делать выводы».
— Ты идешь или нет?
Димка упрямо мотнул головой и, прихрамывая, последовал за сталкером, уже медленно таявшим впереди во тьме, за границей освещения.
«Разберемся. Во всем разберемся…»
Остаток пути занял всего несколько минут.
Они подошли к глухой металлической двери, перегородившей проход. Никаких замочных скважин, глазков. Луч света упал на совершенно ровную матовую поверхность с каким-то особым покрытием поверх стали, не поддавшимся действию времени. Димка подумал, что сейчас последует какой-нибудь условный стук, но сталкер просто остановился и коротко обронил:
— Ждем.
Не прошло и десяти секунд, как дверь дрогнула, открываясь почти бесшумно, — за ее состоянием хорошо следили. Димка обратил внимание, насколько массивна она в сечении и какие мощные зубья у замкового механизма, проступавшие из ребра. Натуралист явно привел его в какой-то тайный бункер, построенный еще до Катаклизма.
— Быстро ты обернулся. — Худощавый, темноволосый парень, ровесник Димки, отпустил колесо штурвала, запиравшего дверь изнутри, и улыбнулся сталкеру. Зажмурился, прикрывая глаза ладонью, когда луч света упал на его лицо. А затем так же приветливо поздоровался с бауманцем: — Привет! Я Игорь.
Димка не ответил на приветствие, холодно проигнорировав протянутую руку.
— Не обращай внимания, Дмитрий на взводе, — пояснил Натуралист. — Отойдет, познакомитесь поближе.
— Хорошо, Олег, — миролюбиво кивнул парень.
Парень остался возиться в темноте с замком, а Димка шагнул за сталкером в следующую дверь, попроще, из тонкого листового металла.
И остановился.
Контраст после тьмы и смертельной борьбы в туннеле буквально ударил по сознанию — настолько безмятежной показалась царившая обстановка здесь, за дверью.
— Выключи свет, не слепи людей, — негромко приказал Натуралист. Димка молча повиновался.
Вместо электрического освещения, как в Бауманке или в Ганзе, — лампадки на стенах. Их тусклого света едва хватало, чтобы разглядеть короткий широкий коридор, который метров через шесть заканчивался еще более массивной дверью, ведущей, видимо, в сам бункер. Но пространство было жилым именно здесь, на этом участке. С каждой стороны коридора — по три боковых проема, все двери нараспашку, чтобы поступал теплый воздух от работавшей в коридоре небольшой «буржуйки», труба дымохода которой вела в вентиляционное отверстие под потолком. Видимо, раньше эти помещения предназначались для размещения обслуживающего персонала бункера или охранников, а теперь здесь жили люди. Напротив печурки, поближе к живому теплу, — деревянный стол, за ним на разномастных стульях, собранных где придется, — грузная пожилая женщина и двое мужчин среднего возраста, похожих друг на друга как две капли воды. Близнецы? На столе чашки, от которых тянет знакомым грибным запахом, какая-то снедь. В тот момент, когда они вошли, худощавый седой старик закидывал в «буржуйку» парочку небольших поленьев. Весело пыхнуло пламя, дверца захлопнулась, по-домашнему уютно потянуло дымом.
— Вовремя. Мы тут свежий кипяточек замутили, — старик улыбнулся беззубым ртом. — Присоединитесь?
— Не сейчас, Остапыч, — покачал головой сталкер. — Давай-ка разойдитесь пока, нам тут с Дмитрием надо потолковать. И собирайте вещички, у вас час, не больше. Будем переходить на запасную базу. Берите только самое ценное, что можно легко унести.
— Жалость какая… ну, надо так надо.
— Вот зараза, нас все-таки спалили! — сокрушенно бросил один из близнецов. — Как чувствовал!
— Не ты один, — ответил второй.
