По радио сообщили, что сорвался с крыши и погиб очередной чистильщик снега. Опять не повезло узбеку. Точно не знаю, но думаю, что причина в недостаточной технической оснащенности и отсутствии нормальной подготовке приезжих. Мало иметь альпинистское снаряжение, надо еще уметь им пользоваться.
Город снова засыпан снегом. Вчера природа словно взбесилась. Пурга бесновалась во всех районах. Сегодня утром все застыло в белом безмолвии и недоумении. Городские службы, как всегда, не справлялись с последствиями разгула стихии. Братья наши меньшие опять не могли спокойно справить нужду, запутавшись короткими ногами в рыхлой напасти. «Лады», «лексусы» и «лендроверы» долго буксовали, пытаясь выбраться из снежного плена.
Но город упорно движется по своим проложенным логистическим маршрутам. Урчат моторы, снуют пешеходы. Тропинки, протоптанные по снегу три месяца назад и засыпанные этой ночью, с упорством осваиваются заново.
И так изо дня в день. То светит солнце и стучит весенняя капель, то, уже через пол дня все вокруг заволакивает белая мгла. Сегодня опять текло с крыши. Сырость в ногах, а особенно повыше их, приводят к мрачным мыслям о простатите, гриппе и мечтам о водолазном костюме.
Многие потешились над высказыванием губернатора Санкт-Петербурга о борьбе с сосульками (сосулями, как выразилась Валентина Ивановна) с помощью лазера. Мне по этому поводу представляется футуристическая картина: по улицам движется циклопическое сооружение с квантово-оптическим генератором внутри, а наверху его из пушки вырывается луч концентрированных фотонов и сжигает ледяную напасть. Может быть, появится что-то более компактное, а, скорее всего, об этом забудут. Но, в любом случае, это дело будущего, и человек с ломом и со снеговой лопатой на крыше так же, как и человек с ружьем, которого, как сказал Ульянов-Ленин не надо бояться, еще долго останется приметой зимнего сезона.
Впрочем, прогресс в кое-каких направлениях движется. Ребята рассказывали, что по договоренности с фирмой, нанявшей их для уборки льда и снега, они мобильным телефоном фотографировали кровлю до очистки, потом себя, работающих на ней, затем снимали ее же, очищенную и, наконец, номер дома и название улицы. Далее из своего домашнего компьютера они отправляли снимки на электронный адрес фирмы. Там их изучали. После этого им засчитывалась выполненная работа. Теперь, чтобы проконтролировать нашу работу, кое-кто может не выходить из кабинетов и совсем не отрывать кое-что от стульев. Каждому свое.
Если увидите на «Светлане» человека в каске, то это, скорее всего, я. Даже строители их редко носят, не говоря об остальных. А вот мне она жизненно необходима. В этом убедился во время последнего падения. Четырехметровая лестница была приставлена к толстой снежной шапке, сползавшей с крыши ангара. Мы ходили по ней, протаптывая лесные тропинки, – все было удачно. Но вот, когда я очередной раз поднимался по лестнице, снег шелестящей лавиной поехал навстречу, опрокидывая меня на землю. Удар о металлическую стену был такой, что загудело в голове.
Прав был Виктор Степанович, главный инженер «Светланы-Рост», когда говорил, что мне надо чаще заглядывать в паспорт, чтобы не забывать о возрасте. Я поднялся, сделал несколько вихлястых шагов и обнаружил признаки амнезии. Знал, что нахожусь на «Светлане», но не помнил, где конкретно. Понимал, что упал и ударился головой, но никаких подробностей: где и как это случилось, куда идти и что делать. Сколько времени находился в ступоре, понял лишь потом, когда глянул на часы. Два часа пробродил по закоулкам, стараясь не попадаться никому на глаза и сообразить, где мое рабочее место. Чтобы удостовериться, что остатки разума меня не покинули, проверял себя на знание таблицы умножения. Туман и снежная каша в голове не проходили. Лишь когда случайно набрел на тот самый ангар и увидел коллегу на крыше (это был Ярослав), гребущего снег, все вспомнил. Не стал объяснять, где меня носило. Он человек малоразговорчивый, тоже не поспешил с расспросами.
Вот такой интересный медицинский факт, который не спешу сообщить медикам и начальству. На вопросы коллег, почему я стал носить на работе каску, пожимаю плечами: «Так положено». А что еще скажешь? Действительно, положено.
На днях мы ремонтировали вентиляционную трубу, которую разбили льдиной 12 февраля, вчера устанавливали над ней металлический защитный козырек. Особенность этой работы такая, что здесь кроме снегопада и ледопада наблюдается еще и камнепад. Это здание «Полупроводников» давно нуждается в ремонте. Из года в год кирпичи выкрашиваются и падают. Да мы еще беспокоим их ногами. Небольшой кирпичик, отвалившийся и попавший коллеге прицельно по голове в каске, еще раз убедил в необходимости соблюдать технику безопасности и надевать защитные головные уборы.
Ну, прямо, как в горах. Вот, помню, однажды, на Памире, при восхождении на пик Победы… Ладно, шучу.
