Громкий поток ругательств мгновенно утонул в оглушающем рёве ветра, ударившего в грудь и лицо снопом холодных иголок, выбивающих остатки воздуха из легких. Руки долбанного экстремала позади меня сжались сильнее, сдавливая меня стальным обручем, а ноги быстро обхватили моё тело в районе коленей — видимо, спустя пару секунд того как моя нижняя часть тела беспорядочно болталась в туго скрученных потоках воздуха, по ощущениям, грозясь не только "помочь" мне отделиться от того, в чьих руках сейчас моя жизнь, но и оторваться от части верхней, "рулевой" понял, что с такой аэродинамикой мы быстрее расшибёмся о стену.
Видя сквозь едва приоткрытые глаза, как в чуть устаканившейся круговерти мимо промелькивают различные уступы, ранее не увиденные каверны, а кружащиеся снизу силуэты увеличиваются в и без того гигантских размерах, я, с выпрыгивающим из груди сердцем, схватился за куртку напарника, что-то радостно выкрикивающего мне на ухо.
Стоило мне слегка привыкнуть к той мясорубке, в которой прокручивало моё восприятие и сконцентрироваться в достаточной мере, чтобы унять паникующее сознание, как воздух вокруг резко загустел, замедляя падения и меня вместе с Лимом неистово закрутило в пространстве, мгновенно разорвав ненадежное сцепление.
— Пиии!.. — вспыхнула над ухом ругань парня, мгновенно исчезнувшая вместе с владельцем.
Глядя на приближающиеся исполинские фигуры снизу, я, на пару секунд замедлившись, отстраненно заметил, что вокруг них хаотично сновали какие-то существа поменьше, которых раньше не было видно. Успев сделать пару нормальных вдохов и инстинктивно попытавшись схватиться за отсутствующего позади себя Лиминала, я ожидаемо поймал лишь пустоту. Бьющееся в панике сознание ещё не успело принять, что придурок, фактически спихнувший меня в бездну без моего согласия ещё и умудрился отпустить меня в самый ответственный момент.
Какая же тупая смерть будет…
Несмотря на промелькнувшую в сознании упадническую мысль, помирать мне всё же не хотелось, и тело, будто бы почувствовав, что я ещё готов побороться, пустило обжигающую волну адреналина по моим венам, очищая голову от вязкого и липкого страха.
Чувствуя себя хомячком, оставленным в стиральной машинке, я чётко понял, что через пару десятков секунд вновь вернусь в состояние полной паники и начну задыхаться, поэтому в жесте отчаяния вцепился в сумку, принявшись вытаскивать из неё единственное, что в потенции могло мне помочь — полотно старой туристической палатки, которую в своё время выкинуть было то ли жалко, то ли ленно. За тот миг, который я доставал спасительную ткань, в голове промелькнули сотни мыслей, а из сумки полетел град мелких и не очень вещей, исчезавших где-то сверху.
Да похрен на них… Чёрт, давай же, вытаскивайся…
Стоило побелевшим от напряжения пальцам вытянуть небольшую часть палатки, как ткань резко дернулась, высвобождаясь из сумки, что-то резануло по одной из рук, распарывая ладонь, а полотно, выворачивая мои пальцы, выскользнуло, дернувшись в сторону.
Крича не столько от боли, сколько от ужаса, я, делая очередной безумный трюк, каким-то чудом намотался на предательскую палатку и не обращая внимания на отошедшую на второй план боль, схватился за полотно, переворачиваясь так, чтобы оно было снизу и пытаясь лететь в позе звезды. Мгновенно последовавший за этим рывок, ощутимо замедливший полёт, тут же сменился боковым креном, понесшим меня в другом направлении и очередной порцией кувырков, на этот раз намного более медленных, за счёт все ещё тормозящего полёт полотна.
Влетев во что-то недостаточно твердое для того чтобы расшибить меня мгновенно, но не настолько мягкое, чтобы лишь затормозить падение, я перекувыркнулся, путаясь в палатке с головой и почувствовал, как что-то внутри тела хрустнуло, а руки в плечевых суставах дернуло и прострелило болью. Ослепленный и запутавшийся, я не видел ничего кроме полотна палатки и спустя мгновение полета ударился об землю, проехав по ней несколько метров, по ощущению, освежевавших меня заживо.
Что? — Одиноко пролетела мысль в опустевшей голове. Видимо, адреналин отступил и резко на меня обвалилась гора ощущений, большую часть которых можно было охарактеризовать не иначе как чудовищной болью. Сквозь звон в ушах, я слышал какие-то смутные звуки, не особо вслушиваясь. Что-то извне потянуло за один из концов палатки, заставляя меня перевернуться внутри и бередя неизвестное количество ран, среди которых особо выделялись щёлкающие в плечах руки и пульсирующая адской болью ладонь, вместо пальцев на которой я ощущал лишь огромный, опухший, влажный сгусток боли.
Только бы сложных переломов не было и ничего не оторвалось, аптечка моя на такое не рассчитана…
