- Почему ты не скажешь мне? – проворчала я, пытаясь отодвинуться, чтобы он не путал мои мысли, но руки Эдварда лишь сильнее сжались вокруг меня.
- Потому что, я уверен, ты не готова увидеть это, - ласково пробормотал он.
Я развернулась в его объятиях. Не подозревая ни о каком подвохе – а ведь я должна была думать прежде, чем говорить! – я провела ладошкой по гладкой щеке Эдварда.
- Пожалуйста, - применила верное оружие я, умоляя его.
Лицо Эдварда выглядело недоверчивым, но он заколебался. Его глаза странно заблестели, и я могла бы сказать, что там таится желание… но и некоторый страх. От этого любопытство вспыхнуло еще сильнее. Что же там такое может быть, в этом кармане?
- Пожалуйста, - повторила я настойчивее. – Обещаю, я никому не скажу.
Эдвард снова рассмеялся. В его смехе было удивление и растерянность, и он выпустил меня, чтобы пройти к своей куртке.
- Я должен больше доверять Элис, - пробормотал он себе под нос, неся ко мне куртку на вытянутом указательном пальце правой руки.
- После представления, которое она устроила, - проворчала я, жадно глядя на карман, - неужели ты думал, что я не спрошу тебя об этом? Это было настолько интригующе! А я обожаю загадки!
- Ну, ты сама напросилась, - ответил мне он, останавливаясь прямо передо мной, и его глаза странным образом потухли, став вдруг серьезными и взволнованными. Меня должно было насторожить это… Но разумная часть меня давно спала после потрясающей ночи, так что остановить меня уже не могло ничто.
- Можно? – спросила я, берясь за замочек молнии.
- Если ты настаиваешь, - ответил Эдвард, и ни капли юмора больше не было в его глазах – там горела… жажда. О… да что же там такое?
Я потянула замочек и улыбнулась Эдварду своей самой ослепительной и торжествующей улыбкой, когда нащупала маленький предмет – на ощупь бархат. Бархатная коробочка. Маленькая.
- Ммм… - сказала я, чувствуя себя, как ребенок на Рождество, обнаруживший под елкой подарок от Санты. И моя улыбка исчезла, когда я подняла на своей ладони предмет – черная маленькая коробочка, так напоминающая упаковку для… для обручального кольца…
Мне сразу стало дурно. Я поспешила… и теперь загнала себя в ловушку. Сама. Я боялась поднять на Эдварда глаза. И вообще боялась шевельнуться, потрясенно замерев. Мое лицо, я уверена, выражало шок. Я понятия не имела, что мне теперь делать с этим.
- Ты сама просила, - напомнил Эдвард, его голос был хриплым и взволнованным.
Я все еще не могла пошевелиться, но взглянула на Эдварда с опаской, искоса. Я держала коробочку так, словно она сжигает мои пальцы.
Эдвард сглотнул, и я была уверена, что в его глазах плещется громадная жажда, где-то глубоко-глубоко внутри.
- Тебе не обязательно открывать, - сказал он почти спокойно, что так не вязалось с выражением его лица. – Можешь просто положить его обратно.
Я перевела взгляд на черный бархат, колеблясь… и почти собираясь поступить так, как он сказал, когда он добавил очень тихо:
- Просто знай, что ты можешь взять его в любой момент, как только будешь готова. Время не имеет значения. Я ждал тебя почти сто лет. Я подожду и еще столько же, - и, когда я снова подняла на него потрясенные глаза, он нежно прошептал, растапливая мое сердце: - Я люблю тебя.
Его лицо было наполнено таким количеством противоречивых переживаний, что исказилось почти до неузнаваемости. Жажда, страсть, любовь, но при этом страх, волнение и Бог еще знает что… но он совершенно не выглядел сейчас, как подросток. И я представила, как больно ему станет, если я сейчас уберу коробочку назад. Он так долго ждал меня. Он наблюдал со стороны за моими романами, наступая на горло собственной мечте ради моего сомнительного счастья. Он такой хороший, добрый и самоотверженный, и он любит меня уже четырнадцать лет. Он чуть не потерял меня, когда я умирала, и считает, что это было по его вине. И было бы верхом эгоистичности, если бы сейчас я положила коробочку обратно. Я могла представить, как его глаза наполняются болью и разочарованием, и обреченностью… и не хотела этого.
- Элис видела, что так будет? – прошептала я недоверчиво.
- Не совсем так, - немного поколебавшись, ответил Эдвард. – Но в целом – да. Рано или поздно ты согласишься, Белла. Я подожду.
