– Я очень долго тебя ждала, Круз. Уже надо было закрывать ресторан, а я все сидела у телефона, все надеялась, что ты позвонишь. Но ты так и не позвонил и не пришел. Я ушла…
– Я не мог этого сделать, Иден, – Круз вертел в пальцах пустой бокал.
– Ты что, совсем не хочешь со мной разговаривать? – спросила Иден у Круза.
Тот вместо ответа пожал плечами.
Крузу Кастильо хотелось поговорить с Иден, хотелось излить ей свою душу, рассказать обо всем, что творится в его душе, но он этого боялся. Он боялся за себя, боялся, что не сможет совладать с теми чувствами, которые кипят и буквально разрывают душу на части. Поэтому он просто промолчал.
– А знаешь, – вдруг воскликнула Иден, как бы почувствовав напряжение Круза, – Джина пришла на этот праздник с Кейтом Тиммонсом – новым окружным прокурором, – и сразу же посмотрела на Круза, пытаясь увидеть, какое же впечатление произведут ее слова на мужчину. – Она очень хвалилась своей победой над ним, но я думаю, все ее слова нужно воспринимать с долей горечи, – улыбаясь произнесла Иден.
– О какой горечи ты говоришь? – посмотрел на Иден Круз.
– Я имею в виду ту горечь, когда человек принимает горькое и невкусное лекарство, чтобы излечиться от тяжелой болезни.
– Иден, я не сержусь и не обижаюсь. Мне кажется, мы с тобой нашли новые пути в жизни, – Круз посмотрел на Иден, та потупила взор.
– Наверное, Круз, ты прав, как всегда прав, – Иден тряхнула волосами, потом принялась поправлять прическу. – Круз, но ведь мы с тобой друзья? – с мольбой в голосе произнесла Иден.
Круз как-то странно передернул плечами и отошел немного в сторону от Иден. Он вскинул голову, прищурил глаза и посмотрел на женщину.
– Это какое-то магическое заклинание, – вдруг быстро заговорил Круз, – которые мы с тобой не устаем повторять друг другу. Но на самом деле, Иден, мы с тобой никакие не друзья, мы с тобой любовники, которые уже не нужны один другому.
Иден напряглась и буквально отшатнулась от Круза. Ей было очень неприятно слышать подобное, тем более, сейчас и у себя дома.
– Ты можешь отстраняться от меня, можешь уходить и не обращать на меня никакого внимания, ты можешь сделать вид, что я вообще не существую, но запомни: я буду нарушать твой покой, – глядя прямо в глаза Крузу произнесла Иден. – Ведь у нас так много общих воспоминаний и я не позволю тебе, Круз, забыть о чудесном прошлом, я не позволю тебе забыть обо мне, – грустно и в то же время очень строго сказала Иден, как будто перед ней был не взрослый мужчина, а школьник.
Круз пытливо посмотрел на Иден, явно не ожидая услышать подобного именно сейчас.
А в это время Джина Кэпвелл, прижавшись спиной к колонне, пыталась услышать все, о чем говорят Кейт и Сантана у входной двери дома. Она даже опустила бокал с коктейлем, вся подобралась, напряглась и вслушивалась в малейший долетавший до нее звук.
– Я так и знал, Сантана, что ты придешь, – глядя в глаза женщине говорил Кейт.
Сантана чувствовала себя очень неловко. Она как будто прикрывалась руками от навязчивого Кейта.
– Я пришла не одна, а вместе со своим мужем, – сказала Сантана, как будто бы этими словами она могла защититься от Кейта, как будто бы они были надежным щитом, способным прикрыть ее.
Кейт огляделся по сторонам.
– Сантана, но ведь твоего мужа нет рядом. Я как ни пытался, не мог его увидеть вместе с тобой.
– Кейт, если хочешь знать, то я могу доверять Крузу, а он доверяет мне.
Лицо Кейта стало каким-то странным, он даже побледнел, услышав такое от Сантаны.
– И что же он тебе такое пообещал, чего не могу дать я? – Кейт посмотрел в глаза Сантане.
Та стушевалась, нервно начала перебирать сумочку в руках.
– Извини, Кейт, но я должна поздороваться со своими знакомыми, – явно пытаясь отделаться от Кейта заговорила Сантана.
– Кого ты здесь считаешь своими знакомыми?
– Да в принципе, все здесь мои хорошие знакомые. Подожди, я скоро вернусь, – как бы пытаясь отделаться от навязчивого Кейта, бросила Сантана и заспешила от двери в гостиную – туда, где все гости, весело переговариваясь, пили коктейли, слушали музыку, веселились, охваченные праздничным настроением.
Кейт остался один у массивной дубовой двери. Его настроение было немного испорчено, поэтому он взял коктейль и одним махом осушил его до дна. Затем поставил его на поднос, резко рванул на себя дверь и вышел, покинув дом Кэпвеллов.
Джина огляделась по сторонам и двинулась следом. Но у самой двери она остановилась, увидев на столике блестящую сумочку Сантаны. Она тут же схватила ее, быстро ощупала и спрятала в свою. Потом вновь огляделась по сторонам: не заметил ли кто-нибудь ее злодейский поступок. Но все по-прежнему были заняты своим делом, и на Джину никто не обратил внимания.
– Ну что ж, прекрасно, – зло прошептала Джина, – я им сейчас устрою, – на ее лице появилась злорадная улыбка, – они у меня еще попляшут, они запомнят как можно смеяться надо мной и чего это будет им стоить. Они все скоро это поймут!
Джина одернула свое сверкающее платье, блестки сверкнули, и она стала похожа на рождественскую елку. От возбуждения она вся порозовела.
