– Я хочу наказать его, а не задавить. Я хочу, чтобы восторжествовала справедливость.
– Нет, Мейсон, это не справедливость, это месть, – с болью в голосе воскликнула Мэри.
– И все-таки, такого поступка, который совершил Марк, прощать нельзя. Ведь он – насильник, – сказал Мейсон, – и я ему этого не спущу.
– Но это будет очень трудно доказать, – сказала женщина.
– Нет, – передернул плечами Мэйсон, – ты расскажешь обо всем присяжным, тебе они поверят.
– Нет, не Все, – на щеках Мэри появились слезы, – не все. Я не буду никому ничего рассказывать, потому что ни в какой суд не пойду.
Мэри вышла из кабинета. Мейсон остался стоять у письменного стола. На его лице были разочарование и злость.
Джулия Уэйнрайт сидела в еще пустом зале судебных заседаний, она мысленно прокручивала в голове ход предстоящего процесса. Открылась дверь и вошла Августа.
– Ты уже здесь? – изумилась старшая сестра, – ты сегодня выступаешь?
– О, извини, доброе утро, – как бы опомнилась Джулия.
Августа уселась рядом с ней и взяла из ее рук тонкую красную папку, прочла заголовок.
– Почему у тебя в руках дело Дэвида Лорана?
– Это неважно, – вырвала папку младшая сестра и встала со своего места.
Августа рванулась за ней.
– Как это неважно?
– Неважно… Забудь об этом. Я просто немного … растеряна. Я пытаюсь представить, что же сегодня произойдет в суде.
– Мне кажется, сестра, что ты пытаешься совершить профессиональное самоубийство, а я хочу отговорить тебя от этого, – в глазах Августы было неподдельное участие и желание помочь.
– Ты зря тратишь силы, – коротко сказала Джулия.
– Ты этого не сделаешь! Ты не можешь выйти из дела и посадить человека в тюрьму только из-за того, что Дэвид Лоран тебя оскорбил, – возмущенно говорила Августа.
– Дело не в этом, Августа, совершенно не в этом. Я делаю то, что считаю нужным, я служу обществу. А Марк Маккормик виновен и я в этом не сомневаюсь, – решительно произнесла Джулия, – он изнасиловал Мэри и должен за это ответить. А если я не выступлю в суде, то это сделает кто-нибудь другой, а я этого не хочу.
– А не слишком ли много ты берешь на себя? – заметила Августа, – мне кажется, это даже неприлично.
– А мне все равно, – отрезала Джулия. Договорить сестрам не дал Марк Маккормик, который с улыбкой на лице влетел в зал.
– Доброе утро! – воскликнул он, приветствуя своего адвоката и Августу.
– Я не желаю на это смотреть, – прошипела Августа и пошла к выходу из зала.
Марк с изумлением посмотрел ей вслед.
– Ты готов? – спросила Джулия.
– Как никогда, – весело ответил Марк. Джулия бросила на стол папку с документами.
– Нервничать не надо, – посоветовала она.
– А как ты собираешься доказать мою невиновность? – поинтересовался Маккормик.
Августа еще не вышла из зала, она задержалась в дверях и прислушалась к разговору сестры и Марка.
Джулия обернулась, почувствовав на себе ее взгляд, Августа смутилась и выбежала из зала.
– Знаешь, Марк, давай не будем ставить телегу впереди лошади. Всему свое время, – рассудительно произнесла Джулия.
– Но я очень волнуюсь и хотел бы, чтобы ты меня успокоила.
– Не волнуйся, будь спокоен, – посоветовала Джулия, – все будет как надо, все будет как мы наметили. Так что будь спокоен.
Наконец, Перл пришел в себя, он поднялся с кровати и, сжимая в руках пакет с письмами, прошелся по палате.
– Так что с тобой? – участливо спросила Келли.
– Я не все рассказал тебе о своем брате. Не все, Келли. Дело в том, что мой брат Брайан покончил с собой в этой больнице.
Келли вздрогнула как от удара.
– Я винил в этом себя и считал, что он тоже обвинял во всем меня. А теперь, после того, как я прочел эти письма, его письма, я знаю, что все это не так, что все это неправда.
– А почему ты не получил писем? Почему они остались здесь, у доктора Роулингса? – поинтересовалась Келли.
Лицо Перла исказила боль.
– Келли, не бери на себя мои проблемы, тебе хватает своих.
– А как же иначе, Перл? Ведь ты мой друг, – Келли смотрела на него настолько ласково и участливо, что Перл улыбнулся и прикоснулся к ее светлым волосам, провел по ним пальцами.
– Спасибо тебе, Келли, за участие. Теперь я прочел эти письма и знаю… А тогда, когда он умер, я думал, что тоже умру… – Перл задумался, – но не умер, а просто очень сильно изменился. Я стал совершенно другим, теперь я не знаю, кто я есть на самом деле?
Перл поднял голову и посмотрел в потолок.
– Одна часть моей жизни проходит в реальности, а другая – в грезах, – Перл тряхнул головой, как бы пытаясь сбросить с себя наваждение и отогнать тягостные мысли.
– Послушай, Перл, – Келли положила руку ему на плечо, – мне вчера приснился сон.
Перл вздрогнул и повернулся к ней.
– Да-да, сон. Самый настоящий сон. Мне кажется, что я понемногу начинаю вспоминать.
– Это прекрасно, Келли, я надеюсь, ты мне расскажешь свой сон?
Келли согласно кивнула.
Тэд вбежал в кабинет, где за машинкой сидела Хейли. Она тут же вскочила и бросилась навстречу своему возлюбленному.
– Ну что, Тэд, хорошая работа? – поинтересовалась девушка.
– Да, отличная! – воскликнул парень и потянулся, чтобы обнять ее.
Но Хейли ловко избежала его объятий.
