— Ладно, не огорчайся, — с улыбкой ответила Иден. — Это все-таки не конец, света. У нас все еще впереди.
— Будем надеяться.
— Ладно, пока.
Иден положила трубку. Тут ее взгляд упал на небольшую аккуратную стопку писем, сложенных на столе возле телефона. Она стала разглядывать письма, но в этот момент раздался звонок в дверь.
— Хм… Кто бы это мог быть? — пробормотала Иден.
Тиммонс звонил Иден из ресторана «Ориент Экспресс». Положив трубку, он какое-то время задумчиво жевал соленые орешки, затем услышал за спиной звуки шагов и обернулся.
Это был полицейский инспектор Кастильо.
— Круз! — с показным радушием произнес Тиммонс — Ужинаешь в одиночестве?
— Нет. Ты ошибся. Я ужинаю здесь со своей женой.
— Вот как? — заинтересованно протянул Тиммонс — А я думал, что ты не выходишь с работы, будучи целиком поглощенным делом о незаконных иммигрантах.
Круз усмехнулся.
— Закон не запрещает полицейским иногда заботиться о своем желудке. Не вижу ничего предосудительного в том, чтобы хорошо поужинать.
— Ну, ладно, — махнул рукой Тиммонс. — Ты не видел где-нибудь поблизости Мейсона?
— Нет, — пожал плечами Круз. — А что?
— Да мы договорились встретиться здесь…
— Ничем не могу помочь.
— Безобразие, — с показным возмущением произнес Тиммонс — Я слышал, что один из твоих сотрудник отстранен от службы. Альварес? Я не ошибся?
На лице Круза проскользнуло неудовольствие.
— Я сожалею об этом случае, но это было просто необходимо. Кстати, о сотрудниках… Ты не мог посоветовать мне, кем заменить Альвареса?
Окружной прокурор равнодушно пожал плечами.
— Не знаю. Каким-нибудь опытным оперативником… А почему ты спрашиваешь именно меня?
— Но ты проявил интерес к этому делу. Я решил что у тебя есть какой-нибудь человек на примете.
— Я думал, что тебя устраивает Альварес Нет, я неверно выразился. Я хотел сказать, устраивал. Его отстранили от службы? Может быть, пусть он продолжает работу?
— Это невозможно, — пристально глядя в глаза окружного прокурора, сказал Кастильо. — Альварес подал в отставку.
ГЛАВА 3
Услышав звонок в дверь, Иден осторожно положим на место конверты. Звонок повторился еще раз. Осторожно пробравшись на цыпочках к окну, Иден приподняла полосу жалюзи и выглянула наружу.
Перед дверью в дом Тиммонса стоял мужчина в сером пиджаке. Его лицо Иден не удалось рассмотреть, однако она заметила на ногах посетителя не лишенные пижонских претензий сапоги из змеиной кожи.
Иден замерла в нерешительности.
Роза Андрейд была немало удивлена, увидев на пороге дома Кэпвеллов доктора Марка Маккормика.
— Я слушаю вас, — холодно сказала она. — Я хотел бы поговорить с миссис Софией.
Роза, как и все обитатели дома Кэпвеллов, была настроена отнюдь не дружелюбно по отношению к Маккормику. Поэтому она решительно заявила: Миссис Софии нет дома.
Она уже намеревалась захлопнуть дверь перед носом непрошенного гостя, когда из коридора донесся голос Софии.
— Роза, кто там?
Маккормик смерил служанку гневным взглядом.
— Как это понимать? — воскликнул он. Роза молча шагнула в сторону, пропуская его в дом.
Не произнеся больше ни слова, она удалилась, гордо подняв голову.
В гостиную вышла София.
— Марк, это ты? — удивленно спросила она. — Чем могу помочь?
— Мейсон написал письмо в Медицинскую Ассоциацию Южной Калифорнии, — стал объяснять он. — Мне угрожают лишением лицензии на ведение врачебной практики. Если совет согласится с доводами Мейсона, я останусь без средств к существованию…
— Чем же я могу помочь тебе, Марк? Ведь я не вхожу ни в Медицинскую Ассоциацию, ни в какой-либо иной общественный орган, занимающийся выдачей лицензий и разрешений на медицинскую практику.
— Да. Я понимаю, — дрожащим голосом сказал Марк. — Однако, все их претензии основываются на доводах Мейсона. Если бы Мейсон забрал назад свой иск, то вопрос мог бы быть улажен гораздо проще.
София пристально посмотрела на Марка и сказала:
— Давай начистоту. Ты манипулировал Мэри, но этот номер со мной не пройдет. Я симпатизирую Мейсону. Иногда мне не совсем понятны его поступки, но, учитывая то, что ему довелось пережить, особенно за последнее время — я целиком на его стороне.
В ее словах звучало столь плохо скрываемое презрение, что Марк, будучи не в силах вынести этот разговор, отвернулся.
— Другими словами, — глухо произнес он, — вы отказываете мне в помощи.
— Совершенно верно, — спокойно ответила София. Неловкую паузу, возникшую в разговоре, нарушил звонок в дверь.
— Извини, — с облегчением сказала София. — я открою.
Оставив Марка посреди гостиной в глубоком paздумьи, она подошла к двери.
На пороге стояла Джина Кэпвелл.
