Но постепенно из забытья стали возникать звуки, и внезапно в голове у него пронеслось имя «Каролина». И вот, зацепившись за него как за спасительную соломинку, Тэд вспомнил, кто он такой и как попал сюда.
Но в этот момент боль вернулась, но она уже не была такой пронзительной. И Тэд даже на мгновение обрадовался, что у него теперь есть возможность примириться с Каролиной, что она должна будет примчаться сюда, пожалеть его, начнет плакать…
И он стал прислушиваться к этой боли, боясь, что она уйдет совсем, исчезнет. Ведь ему так важно было сейчас остаться на какое-то время несчастным и беспомощным…
Он лежал на каталке посреди больничного холла, он слышал рядом шаги, голоса, но к нему пока никто не подходил.
Наконец, над ним склонилась молодая сестра милосердия.
— Вам уже лучше, мистер Кэпвелл? — осведомилась она.
Тэд молча кивнул, но потом, когда сестра уже сделала шаг назад, внезапно вспомнил.
— Жене позвонили?
— Да-да, позвонили, не волнуйтесь, она должна будет приехать.
«Конечно же, она приедет. Если бы я узнал, что с ней случилось что-нибудь подобное, я бросил бы все дела и моментально примчался, где бы она ни находилась».
Послышался скрип колесиков и рядом с Тэдом остановилась еще одна каталка. Тэд слегка скосил взгляд и увидел, что рядом с ним, точно на такой же каталке лежит грузный молодой негр. Он прижимал двумя руками к животу окровавленную простынь, но все равно по ткани расплывалось красное пятно. Несмотря на это, негр добродушно улыбался.
— Привет, — сказал он, обращаясь к Тэду, — как твои дела?
— Мои дела плохи, но твои, наверное, еще хуже. Так что я имею все основания считать себя счастливым.
Негр улыбнулся.
— А меня жена ударила в живот.
Тэд недоверчиво посмотрел прямо в глаза негру. Тот закатил глаза и Тэд увидел белые, как вареные яйца, белки глаз.
— Ты не веришь, приятель? — басом прошептал негр, — я тебе говорю правду — это жена меня так.
— Жена? — повторил Тэд. — А чем она тебя, кинжалом, что ли?
— Да нет, что ты, шутишь, если бы кинжалом, разве я сейчас лежал бы здесь?
— Тогда чем же, ножом?
— Нет, маникюрной пилочкой.
— Пилочкой? — это немного удивило Тэда Кэпвелла и он представил маникюрную пилочку. — И что, вот так много крови? — разглядывая окровавленную простынь и перепачканную майку поинтересовался Тэд.
— Знаешь, приятель, это уже вторая простынь. Кровищи было вообще уйма.
— А почему она тебя ударила пилочкой, а не ножом?
— Да она у меня учится на маникюршу, — прошептал негр, и его глаза вновь закатились.
К негру приблизился немолодой врач.
— Через несколько минут операционная освободится и тогда мы вас туда завезем. А пока ждите.
И врач вновь исчез из поля зрения Тэда Кэпвелла.
— А я уже собрался отключиться, — признался негр, — думал сейчас, наконец-то, меня положат на стол и начнут резать дальше, как будто бы жена меня мало порезала.
Негр повернул голову прямо к Тэду и их лица оказались рядом.
— Ты спрашиваешь, влюблен ли я в нее? Так вот, отвечаю: да. Похоже, ты не в силах представить себе, насколько важна тихая взаимная любовь, основанная на доверии, на воспоминании о совместно преодоленных трудностях. Это, разумеется, не страсть, согласен. Но сколько супружеских союзов, заключенных под напором бурных чувств, закончились крахом!
Тэд удивленно посмотрел на своего соседа. Ему казалось, что тот держится из последних сил, а тут вдруг разговор, да еще с такой страстью… такой связный. Негр как будто бы понял этот недоуменный взгляд Тэда.
— Ты извини, приятель, — сказал он, — я просто боюсь потерять сознание, поэтому и буду говорить без остановки. Можешь не слушать, но только не закрывай глаз, мне нужно знать, что кто-то хотя бы смотрит на меня.
Тэд согласно кивнул:
— Да, я буду слушать, но только немного прикрою глаза: свет режет.
Губы негра вновь зашевелились, и Тэд вновь услышал слова.
— Так вот, насколько я знаю, все супружеские союзы, основанные на страсти, распадаются. Все мне известные, по крайней мере. А потом, что оставляет после себя страсть? Поверь мне, лучше не подвергать себя риску. Впрочем, со своей женой, как ты понимаешь, я ничем не рискую. Моим идеалом всегда была пухленькая нежная женщина, тебе это известно.
— Нет, не известно.
— Теперь ты это будешь знать. Так вот, жена моя, напротив, вспыльчива и сухощава, чтобы не сказать костлява. Поэтому я воздерживаюсь ее гладить ниже спины, чтобы не наткнуться на кости. Но это мне все равно, в принципе, неважно. Обычно я закрываю глаза и воображаю, что лежу рядом с Лючаной. У той были округлые формы, которые меня так привлекают в женщине. Добавлю также, что у меня в объятиях она так светлела и расцветала, что я, как бы это точнее выразиться, не мог нарадоваться на свою судьбу. Неудержимая сила влекла нас друг к другу, понимаешь, приятель?
Тэд в ответ кивнул.
— Подчас я теряюсь в догадках: с какой стати я ее бросил? Скорее всего, потому что она не устраивала других. Так и получилось: я женился на изысканной, образованной и плоской как доска женщине, которая нравилась не мне, а окружающим.
Тэд от слов негра вздрогнул. Он подумал о себе самом, а негр продолжал.
