— Но про себя, Каролина, ты же думаешь лучше, чем про меня? Ты же еще осталась перед этой чертой? Протяни мне руку и я вернусь.
— Нет, Тэд, ты многого не знаешь, я перешагнула эту черту, я для себя решила: из-за этой черты нет возврата.
ГЛАВА 16
Тэд долго и пристально смотрел в глаза своей жене. Та не моргая следила за выражением его лица. Легкая улыбка, появившаяся на губах Тэда, стала меркнуть, и он побледнел.
— Каролина, по-моему, ты задумала что-то очень недоброе.
— Как знать. Хорошее для одного — плохо для другого. Я сама не знаю, на что стала способна. Я, Тэд, в самом деле очень плохой человек.
Тэд даже немного развеселился.
— Каролина, не стоит так укорять себя, не может быть плохим человек, который готовит такие чудесные бутерброды.
— Так они тебе нравятся? — затаив дыхание спросила Каролина. — Я думала, ты говорил это просто так, но теперь, надеюсь, ты искренен?
— Да, бутерброды очень хорошие, по-моему, они удались на славу. Если ты начнешь делать такой же паштет и на продажу, то твой бизнес подвинется далеко.
— К сожалению, это невозможно, и ты скоро сам поймешь почему.
— По-моему, хорошую пищу может готовить только хороший человек. Я всегда чувствую, счастлив ли был повар, когда готовил обед или у него были неприятности. С пищей передается настроение человека.
— Тэд, я была счастлива, когда намазывала паштет на бутерброды, когда представляла, как ты их будешь есть.
— Неужели? — вскинул брови Тэд.
— Да, можешь мне не верить, но это именно так.
— А я счастлив, когда ем их, но только не могу понять твоего замечания, что ты сделала такого, почему считаешь, что оказалась за чертой, из-за которой нет возврата.
— Ты просто не знаешь, из чего сделаны эти бутерброды, что пошло на паштет.
Тэд насторожился, он застыл с поднесенным ко рту бутербродом
«Неужели что-то не так? — пронеслось у него в голове, — что она задумала?»
— Ты подмешала в паштет какую-нибудь дрянь?
— Нет, все сделано из самого свежего мяса, — Каролина ехидно улыбалась, ее руки немного дрожали.
Тэд отложил бутерброд в сторону и задумался.
— Гав! — негромко сказала Каролина. Тэд сперва не понял. Потом поперхнулся.
— Гав! Гав! Гав! — залаяла Каролина, подступая к Тэду.
Тот вскинул голову. Ему еще не верилось, но он уже понимал.
— Бенни? — переспросил он. Каролина кивнула.
— Нет, ты обманываешь меня, — с надеждой в голосе сказал Тэд.
— Нисколько. Я же сказала тебе, я переступила ту черту, из-за которой нет возврата.
— Ты обманываешь! — закричал Тэд, вскакивая из-за стола.
Он схватил один из бутербродов и швырнул его в Каролину. Та увернулась.
— Ну скажи, ты обманываешь меня?
— Гав!
— Этого не может быть!
— Гав!
— Ты же любила Бенни…
— А ты любил Китти, — выкрикнула Каролина и, схватив последний бутерброд с тарелки, попыталась всунуть его Тэду в рот.
Тот, отплевываясь, отскочил в сторону.
Ему сделалось дурно, возникло непреодолимое желание бежать, спрятаться. Он понимал, что не в состоянии сейчас контролировать свои поступки, а Каролина бегала вокруг него и выкрикивала:
— Гав! Гав! Гав!
— Неужели ты решилась на это? Ты убила Бенни. Ты — убийца.
— Да, хорошая была собака.
— Я подам на тебя в суд.
— Хорошая собака, — повторила Каролина, — а главное вкусная, ведь ты так хвалил новый паштет.
Тэд, не найдя что сказать, ухватился за край стола.
Каролина мгновенно сообразила, что сейчас произойдет, успела схватить со стола хрустальные бокалы и поставить их на плиту.
Тэд перевернул стол и принялся топтать ногами догорающие свечи и блюдо с бутербродами.
Каролина злорадно хохотала, а Тэд вымещал свою злобу пока что на мебели. Он схватил стул и принялся колотить им по опрокинутому столу. Ему все время казалось, что он недостаточно решителен. В каждый новый удар он вкладывал больше силы. От стула отлетали щепки, а он колотил и колотил. Наконец, у него в руках осталась лишь обломанная спинка.
А Каролина, словно не чувствовала опасности, стояла в пяти шагах от него.
— Ты съел свою собаку, ты съел лучшего своего друга, самого верного.
