— Можно узнать, почему ты смеешься? — спросила девушка с едва сдерживаемым возмущением.
Круз моментально согнал с лица улыбку.
— Кто тебе сказал, дорогая, что я смеюсь? — возразил Круз. — Так, вспомнил кое‑что, но, уверяю тебя, я серьезен. Эту мою гримасу нельзя назвать улыбкой…
— Мне трудно в это поверить, Круз, если я вижу, что ты весел, когда я изо всех сил сдерживаюсь, чтобы не разругаться с тобой окончательно!
Круз широко открыл глаза:
— Но зачем нам ругаться, Линда?
— А какого еще отношения ты заслуживаешь к себе, если совершенно не уделяешь внимания мне и детям?
Глаза девушки уже метали молнии. Круз крепко сжал подлокотники кресла. Во что бы то ни стало надо было прекратить этот разговор на повышенных тонах. На них снова начали обращать внимание, к тому же, Круз позвал Линду сюда для того, чтобы примириться, а не ссориться.
— Ну, хорошо! — сказал Круз, положив ладони на стол и откинувшись на спинку кресла. — Чего ты хочешь? Вот ты все говоришь, что я плохой, но что я должен сделать, чтобы стать хорошим?
Линда внимательно посмотрела на Кастильо.
— Ты действительно согласен выслушать все мои пожелания?
— Да, представь себе! Девушка задумалась.
— Круз, я скажу тебе вот что, — наконец, начала она. — Во–первых, мы должны оставить у себя детей…
Кастильо вздрогнул, но мужественно взял себя в руки. «Вот оно, начинается, — подумал он. — Ей легко сказать — оставить детей! Я уже почти договорился с отцом Джозефом. Какой из меня отец?»
Но он улыбнулся, решив привести другой аргумент:
— Ты что же, хочешь, чтобы я всю жизнь проспал на составленных вместе креслах?
— Нет, — ответила Линда. — Мы переедем. Ты должен заработать кучу денег, и это мое второе пожелание.
— Чтобы я заработал кучу денег?
— Нет, главное, чтобы мы переехали. Чтобы у нас и у девочек было место.
— Трое девочек, — задумчиво промолвил Круз. — Если ты хочешь много места для них, то это значит, что нам нужен дом. Невесело, ведь это так дорого стоит!
— Естественно, дорого, милый.
— И к тому же, я совсем не против, если мы с тобой будем иметь собственных детей…
— И я не против, — сказала Линда. — Однако, прежде надо подумать о том, где жить.
— Так, — кивнул Круз. — Что еще?
— Пожелание насчет денег могло бы быть третьим, — задумчиво проговорила Линда, — но я лучше скажу так: ты должен поменять работу. Тогда, я думаю, у нас появится куча денег…
Круз сделал над собой страшное усилие. Но, делать нечего, он только что пообещал девушке смирно выслушать все ее желания.
Теперь даже на претензию к своей работе он не мог ответить. Надо было терпеть.
— И четвертое пожелание, Круз, — сказала девушка. — Его ты должен выполнить после того, как поменяешь работу и мы переедем. Знаешь, что я имею в виду?
— Что? — упавшим голосом спросил Круз.
— Мы должны будем с тобой открыть собственный бизнес! — сказала Линда.
— Вот это да! — воскликнул Кастильо. — И что же это, по твоему, может быть?
— Пока не знаю, — замялась девушка. — Кафе, магазин, автозаправка… Все, что хочешь. К чему у тебя будет лежать душа.
— А что ты скажешь насчет частного сыскного агентства? — хитро прищурился Круз.
Линда хлопнула рукой по столу.
— Нет, Кастильо! Нет, нет и нет! Я и так довольно долго терплю твою службу в полиции! Совершенно нет смысла уходить из полиции, чтобы стать частным сыщиком! Ну и сюрприз ты мне придумал! Ты что же, издеваешься?
Круз затравленно посмотрел на Линду, и ответил смеренным голосом:
— Нет, милая, я и не думаю издеваться. Я просто ищу компромисс.
— Никаких компромиссов быть не может, — сказала Линда. — Надеюсь, ты понимаешь, что не я, а сама жизнь заставляет тебя выполнить все эти требования!
Круз минуту молчал.
— Хорошо, — сказал наконец он. — Линда, я не могу дать тебе какого‑то однозначного ответа сейчас. Мне надо подумать, переварить твои пожелания.
— Я согласна, — произнесла девушка. — Подумай, Круз, но не слишком долго. Время не терпит… Кстати, о времени. Мы сидим тут довольно долго, но омаров нам так и не принесли. Позови официанта и спроси у него, что там такое произошло…
Круз оглянулся, но официанта нигде не было.
— Но его нет, Линда, — сказал Кастильо. — Надо подождать, он сейчас придет.
Девушка посмотрела по сторонам, потом на часы и неожиданно поднялась с места.
— Ты куда? — спросил обеспокоенный Круз.
— Извини, — ответила Линда, — но я не могу больше ждать. Я позвоню домой и спрошу, как там дети. А ты пока разберись с официантом.
Не давая Крузу опомниться и возразить, она быстро пошла ко входу, где стоял телефон.
«Ну все, — подумал молодой человек. — Я попался. Хотя, чего я боюсь?»
Он решил, что причин для особого беспокойства у него нет. Что может сказать Линде миссис Кроуфорд? Только то, что Круз куда‑то спешил и поэтому попросил ее уложить девочек спать.
Появился официант. Круз как только увидел его, сделал знак рукой, чтобы тот приблизился.
— Где наши омары? — спросил Кастильо. Официант улыбался.
— Дорогой мой, — продолжил Круз. — Если вы так будете обслуживать всех клиентов, ваше заведение прогорит. А если не прогорит, то, по крайней мере, вас уволят. Чему вы так улыбаетесь?
