Круз вначале подумал, что тот собирается читать ему мораль, но ошибся.
Начальник уселся за своим столом и предложил закурить.
Они немного помолчали.
Затем шеф откатился на своем кресле от стола и закинул ноги на подоконник.
— Ничего, Круз, если я посижу при тебе так? Мы ведь хорошо знаем друг друга.
Круз молча кивнул. Он никак не мог взять в толк, чего от него хочет шеф.
А тот не спешил приступать к делу.
— Ну как? Ты не очень сильно расстроен, инспектор Кастильо?
Круз поморщился. Обычно спрашивать о настроении после проваленной операции у полицейских было не принято, и поэтому Круз сказал неопределенно:
— Да вроде бы нормально.
— Ладно тебе прикидываться. Я хочу предложить тебе одну идею, от которой ты вряд ли откажешься.
— Вы поручаете мне новый участок работы? — изумился Круз. — Я же еще не справился с прежним.
— Нет, — замахал руками шеф, — тебе, Круз, по–моему, следует отдохнуть. Я смотрю на тебя и понимаю, что сам скоро дойду до такого состояния. Поэтому из сострадания к тебе, Круз, я хочу отправить тебя в отпуск.
— Это что, наказание?
— Нет, это скорее награда. Тебе следует хорошенько отдохнуть и тогда ты вновь сможешь вершить великие дела.
Круза покоробила эта возвышенная фраза, но возражать он не стал, лишь только молнией в голове мелькнула мысль:
«А может и он заодно с преступниками?»
Но тут же Круз отбросил ее, как недостойную самого себя. Ведь, в самом деле, нельзя служить под руководством начальства, в котором ты не уверен.
— Так как тебе моя идея? — спросил начальник управления.
Круз неопределенно развел руками.
— Идея вообще‑то нормальная, но я как‑то не думал об отпуске. Я даже не знаю, куда поехать?
— А ты поезжай куда‑нибудь подальше, — предложил шеф, — чтобы забыть и Санта–Барбару, и семью, отдохни хорошенько. Хочешь, поезжай вместе с женой, с сыном…
Круз покачал головой.
— Я не привык путешествовать. Лучше останусь в городе, займусь, наконец‑то, семьей.
— Вот–вот, — подхватил начальник.
Ему явно не терпелось отправить Круза в отпуск и абсолютно не волновало, чем тот займется на досуге.
— Конечно, займись семьей, домом. Я думаю, дела найдутся.
— У меня, вообще‑то, были совсем другие планы…
— Какие планы! Если тебе твой шеф говорит, что нужно идти в отпуск, значит нужно идти. Иначе какой же ты после этого полицейский, если не выполняешь приказ?
Начальник управления, довольный своей шуткой, рассмеялся.
А Крузу сделалось не по себе. Он представил, как вернется домой, скажет Сантане, что получил отпуск, и та тут же начнет придумывать, чем бы ему заняться.
А Крузу хотелось заниматься делом.
Не то, чтобы он не любил своей семьи, но слишком уж хорошо знал самого себя: если у него появлялось лишнее время, он чересчур много смотрел по сторонам. А добра от этого ждать не приходилось.
Но Круз понял: возражать бесполезно, если уж шеф что‑то решил, то не угомонится, пока не добьется своего
— Хорошо, я ухожу в отпуск.
Но тут же, чтобы насолить своему начальнику, Круз припомнил, что у него есть еще один неиспользованный отпуск.
Тот, недолго подумав, согласился.
— Я могу тебе дать хоть на три года вперед. Все равно, Круз, ты не выдержишь и через две недели максимум примчишься и попросишься назад на службу. Но я припомню тебе твои слова и тебе придется гулять очень долго.
Круз поблагодарил и ушел в свой кабинет. Он сел за стол, перебрал свои бумаги, чтобы кое‑что привести в порядок. Ведь были такие дела, по которым некоторые детали были известны только одному Крузу.
Сперва инспектор копался в ящике, потом, разозлившись на самого себя, вывернул все бумаги на стол и стал разгребать их на две пачки. В одну срочные, которые не могли ждать его возвращения из отпуска, в другую — те, что можно было отложить на потом.
Круз так увлекся своим занятием, что не заметил, как к его столу подошел немолодой сержант.
— Инспектор Круз Кастильо, — официально обратился он к нему.
Круз поднял взгляд.
— Что вам нужно, сержант?
— Меня послал начальник управления напомнить вам, что служебное оружие необходимо сдать.
Круз выругался про себя и вынул свой револьвер. Но отдавать его вот так сразу по первому требованию ему не хотелось. Он взвесил его на руке, крутанул барабан, а потом протянул сержанту. Тот осторожно, как будто боясь обидеть оружие Круза, принял его обеими руками, потом протянул инспектору лист.
— Подпишите вот здесь.
Круз, не глядя, поставил свою подпись. Сержант направился к выходу, как Круз остановил его.
— Только, приятель, держи его в сухом месте, чтобы не заржавел, — пошутил он.
Сержант довольный рассмеялся.
— Не волнуйтесь, инспектор, ваше оружие не заржавеет, а может, и ваш стол накрыть стеклянным колпаком?
— Нет, я еще собираюсь поработать. И смотрите, сержант, когда я приду из отпуска и увижу, что какой‑нибудь тип сидит за моим столом, то ему не сдобровать.
Сержант ничего не ответил на это и вышел.
Делать Крузу решительно было нечего.
Можно было бы подождать расчета, но за ним можно зайти и завтра.
Ему хотелось пойти попрощаться с Ридли, но он понимал, что это будет выглядеть глупо, как будто перед смертью.
«Я увижу его завтра или он вечером зайдет ко мне».
