— Это уже похоже не на обвинение. Это пахнет шантажом.
Тиммонс пропустил ее слова мимо ушей.
— Леди, ваша машина конфискована полицией. Если мы найдем какую‑либо улику, то все будет быстро раскрыто. Так что, если твоя память вдруг к тебе вернется, и ты захочешь сделать заявление, то позови меня.
Смерив ее полным презрения взглядом, Тиммонс кивнул детективу Уитни. Пойдем отсюда. Тяжело вздохнув, Пол направился за окружным прокурором к выходу из кабинета. Брик Уоллес утешающе похлопал Джулию по плечу.
— Ничего страшного, все в порядке. Не расстраивайся.
Она вытерла проступившие в уголках глаз слезы.
— Он не имеет права так разговаривать со мной, — ее голос дрожал от возбуждения и обиды. — Я не буду делать никаких заявлений и вообще разговаривать с ним до тех пор, пока он будет нарушать мои гражданские права. Он ничего не сможет сделать. Во всяком случае, у меня есть право хранить молчание.
Брик на мгновение задумался.
— А ты действительно была на дороге, ведущей к мысу Инспирейшн?
Она пожала плечами.
— Самое ужасное, Брик, состоит в том, что не помню этого. Если в руках окружного прокурора окажется хотя бы малюсенькая улика, клянусь тебе, Брик, мне не сдобровать. Сейчас все козыри в руках у него. Я, конечно, могу возражать, отказываться от дачи показаний, делать заявления, но если у него будет хоть что‑то мало–мальски весомое против меня, ты не представляешь, Брик, что будет.
Тиммонс шел по коридору, сунув руки в карманы брюк, и весело насвистывал что‑то. Уитни смотрел на него с таким изумлением, как будто перед ним был живой Микки Маус. Только когда они вошли в рабочий кабинет Круза Кастильо — там же стоял стол Уитни — Пол понял, что на самом деле окружной прокурор сильно возбужден и лишь старается скрыть свое состояние, нарочито изображая спокойствие.
— Кейт, я не понимаю, что ты делаешь, — растерянно произнес Уитни. — Мы же не можем подозревать ее в том, что именно она была в той машине. У нас пока для этого нет никаких оснований.
Тиммонс нервно взмахнул рукой.
— Но ведь она была на дороге к мысу. А в каком состоянии ее задержали? Ты же не можешь этого отрицать?
Пол на мгновение задумался.
— Но ведь мы не можем выдвигать обвинение, не имея на руках никаких фактов и улик.
Окружной прокурор отмахнулся.
— Мне просто нужно выяснить, что она видела. Уитни пожал плечами.
— А она думает, что мы подозреваем ее и вполне законно возмущается. Если бы у нас были какие‑то факты, мы элементарно должны были предъявить ей обвинение. А так все это действительно смахивает на обыкновенный шантаж с целью добиться выгодных показаний. Только мне непонятно, какую выгоду мы можем извлечь из всего этого.
Тиммонс остановился возле окна, нервно барабаня пальцами по подоконнику.
— Как ты думаешь, Пол, — сухо сказал он, — что такое предварительный допрос?
Уитни поморщился.
— Ты намерен вдаваться в процессуальные тонкости, Кейт? — недоуменно спросил он.
Тиммонс резко повернулся и смерил его высокомерным взглядом.
— Предварительный допрос, мой друг, это лучший способ выяснить истину, — наставительно сказал он. — Так что тебе придется еще очень многому учиться, приятель.
Джулия нервно расхаживала по кабинету.
— Да он просто пытается запугать тебя, — сочувственно сказал Брик.
Джулия сокрушенно махнула рукой.
— Да я была слишком близко к месту, где произошел наезд, как ты этого не понимаешь? И окружной прокурор хочет сыграть именно на этом. Черт меня дернул оказаться там в такое время. Сама не понимаю, как это произошло.
Но Брика не смутило это заявление Джулии.
— Ну, и что в этом такого? — пожал он плечами. — Скажи им, что ты ни при чем. Ты бы знала, если бы сбила кого‑нибудь.
Джулия резко повернулась к нему.
— Да нет же, Брик, как ты не понимаешь, — вырвалось у нее, — в том‑то и дело, что я не знаю, я не уверена в этом. После того, как я села в машину, я ничего не помню. Со мной после этого момента могло случиться все, что угодно. Я даже представить себе этого не могу. Я могла врезаться в фонарный столб и узнала бы об этом только после того, как мне показали бы мою разбитую машину. Вот в чем состоит проблема. Ты же видишь, что с обвинениями окружного прокурора я могу справиться, но только до тех пор, пока они не подкреплены материальными свидетельствами. Если они смогут найти улики, мне конец.
Дюжий санитар, которого привел с собой доктор Роулингс, скрутил Перла и потащил его по коридору. Перл пытался возмущаться.
— Куда вы меня тащите? — орал он.
Но Роулингс молча шагал впереди, всем своим видом давая понять, что не намерен больше нянчиться с пациентом. Наконец он открыл дверь в конце коридора, и санитар грубо втолкнул Перла внутрь. Это была весьма скудно обставленная больничной мебелью комната с окрашенными в белый цвет стенами. Роулингс повернулся к Перлу и угрожающе сказал:
Теперь при вас будет охранник, так что вы никуда не сможете сбежать. Один раз у вас такое уже получилось. Я не думаю, что вам удастся повторить подобное. Теперь я предпринял надлежащие меры.
Роулингс сделал знак санитару.
— Проведите его к кушетке.
