— Не понимаю, как это случилось, — расстроенно сказала она.
Круз в сердцах махнул рукой:
— Так случилось потому, что у меня не хватило ума понять, что ее поведение было продиктовано принятием наркотиков, — самокритично сказал он.
СиСи шумно вздохнул:
— Думаю, что ее жертвой может стать Иден. Ведь именно нашу дочь Сантана винит во всех своих бедах, — сказал он. — Только, пожалуйста, Круз, не надо возражать. Я знаю, что это обстоит так на самом деле. Я уже имел возможность убедиться в этом.
Звонок в дверь заставил Софию и СиСи встревожен но переглянуться между собой. Он едва только успел двинуться в прихожую, как София остановила его.
— Нет, не ходи, я сама открою.
Однако Круз решительно поднял руку:
— Нет, открою я сам. И до тех пор, пока я не смогу убедиться, что никакой опасности нет, последуйте моему совету — оставайтесь в гостиной. Вам сейчас лучше держаться подальше от двери.
Выйдя в прихожую, он осторожно открыл дверь. И тут же морщины на его лице разгладились, а рот растянулся в широкой улыбке.
— Келли! — радостно воскликнул он. — Перл! Неужели это вы? Глазам своим не верю.
Услышав в прихожей возбужденные голоса, Иден, София и СиСи немедленно поспешили туда.
— Келли, родная! — воскликнула София. — Ты вернулась!
Она приняла дочь в свои объятия и радостно расцеловала ее. То же самое проделали СиСи и Иден.
— Здравствуй, папа. Здравствуй, Иден. Как я рада всех вас видеть!
После завтрака Иден поднялась к себе, а Перл, вспомнив о том, что никто еще не увольнял его с должности дворецкого в доме Кэпвеллов, отправился инспектировать дом и хозяйство. СиСи и София остались в столовой вместе с Келли.
— Ну что ж, — обратился Ченнинг–старший к дочери. — А теперь расскажи нам о себе.
Келли выглядела посвежевшей, хотя и немного похудела. Однако это совсем не портило ее, а взгляд ярко голубых глаз был таким светлым и ясным, какого СиСи и Софии давно не приходилось видеть у своей дочери. Они смотрели на нее с таким умиленным обожанием, что она от смущения опустила глаза.
— Я сейчас чувствую себя гораздо лучше, — наконец ответила она. — Можно сказать, что я уже совершенно выздоровела и теперь я знаю, что произошло в ту ночь, когда погиб Дилан.
СиСи нежно поглаживал ее по руке.
— Все‑таки тебе помогло лечение в больнице? — спросил он.
Она решительно покачала головой.
— Нет, память ко мне вернулась только после того, как я покинула клинику доктора Роулингса. И в этом огромная заслуга Перла. Честно говоря, я ума не приложу, что со мной было бы, если бы не его появление. Он нашел способ, как вернуть мне память.
София нетерпеливо подалась вперед:
— И что же с тобой было в тот вечер? Ты можешь рассказать?
Келли отпила немного апельсинового сока.
— Да, — оживленно ответила она. — Я прекрасно помню все детали этого вечера, за исключением некоторых мелких подробностей. Я вспомнила, что у Дилана был револьвер, которым он собирался воспользоваться. Папа, ты должен мне поверить, я знаю, что это правда, что так оно и было. И ты можешь приглашать сколько угодно психиатров, чтобы они обследовали меня. Они все скажут, что я абсолютно нормальная, и что я могу предстать перед судом.
София ласково улыбнулась:
— Келли, тебе не нужно тратить столько энергии на то, чтобы убедить нас поверить тебе. Мы абсолютно доверяем тебе. Со времени нашей последней встречи мы много думали и пришли к выводу, что должны всецело поддерживать тебя.
СиСи доверительно наклонился к дочери:
— Мы видим, что ты полностью выздоровела, — убежденно сказал он. — Теперь ты можешь забыть о санитарах, больнице, докторе Роулингсе, этого больше не будет. Никогда. Я обещаю тебе.
Келли не веря своим ушам, воззрилась на отца.
— Папа, это правда? Я действительно больше не вернусь в клинику? — недоверчиво спросила она. — А он не может заставить меня отправиться туда снова?
София тоже не скрывала своих сомнений.
— СиСи, прошу тебя, не нужно давать напрасных обещаний. А вдруг все окажется не так, как ты этого хочешь?
Он укоризненно посмотрел на жену:
— Что ты говоришь, София. Я не собираюсь давать никаких лишних обещаний. Я просто свяжусь с судьей Конвей и попрошу ее дать свое согласие на повторное освидетельствование. Так, что, Келли, — он широко улыбнулся. — Ты останешься дома, даже если для этого нам придется тебя прятать.
Она радостно вскочила со стула и обняла отца.
— Папа, как я рада, что мне удалось наконец‑то вернуться домой и весь этот кошмар закончился!
Он крепко прижал ее к себе.
— Ты дома, малышка. Ты дома и, слава Богу, теперь уже навсегда.
— Ты не представляешь, как я скучала по тебе, папа! — расчувствовавшись сказала она.
СиСи увидел, как у его дочери на глазах проступили слезы. Он не выдержал и прослезился сам.
— Доченька, я тоже скучал. Даже не могу рассказать тебе, как сильно. Твое место здесь, больше никаких тюрем, никаких больниц. Я обещаю тебе.
Еще несколько минут они стояли крепко обнявшись — отец и дочь.
