Джулия как-то боязливо оглянулась по сторонам, словно боялась, что их подслушивают:
— Я только что была в больнице, — доверительно наклонившись к Кастильо, сообщила она. — Мне разрешили поговорить с Сантаной.
— С Сантаной? Но ведь к ней, кажется, никого не пускают?
— Да, — согласилась Джулия, — но она сама настаивала на встрече со мной, и полиция разрешила нам повидаться.
— Что она тебе сказала?
— Тебе нужно приготовиться к тому, что сообщение окажется для тебя крайне неприятным.
— Джулия, прошу тебя, говори без обиняков. Ты же знаешь, что я не люблю ходить вокруг да около, а предпочитаю прямой разговор. Она опять обвиняет меня в чем-то?
— Поверь, мне очень неловко об этом говорить, но она настаивает на разводе.
— Только этого не хватало…
Он осекся, увидев, что в зал вошла Иден. На ней было такое ослепительно шикарное платье и такие богатые украшения, что это невольно натолкнуло его на мысль о том, что Иден уже обо всем знает. Но он тут же отогнал от себя это подозрение. Скорее всего, она была просто в хорошем настроении из-за того, что наконец-то их отношения с Крузом сдвинулись с мертвой точки. После того, как Сантана попала в больницу, они смогли больше временя посвящать друг другу. Перед ними открылось осязаемое будущее. Теперь Иден могла надеяться на то, что вскоре они соединятся. Оставалось лишь немного подождать.
Этот вечер она действительно решила посвятить Крузу. Именно ради него она два часа провела в салоне красоты, делая новую прическу и накладывая неотразимый макияж. А новое вечернее платье и дорогие украшения должны были подчеркнуть ее собственную красоту.
Увидев в зале Круза, она широко улыбнулась и едва заметным движением руки приветствовала его.
Дабы не привлекать к себе излишнего внимания, Круз сделал вид, что не заметил этого жеста. Обратив свой взор к Джулии, он сказал:
— Этого следовало ожидать.
Лайонелл Локридж сидел в доме Кэпвеллов уже третий час. Безнадежно тыкая пальцем в кнопки на телефонном аппарате, он уныло приговаривал:
— Джулия, ну где же ты, где…
В очередной раз услышав отрицательный ответ, Лайонелл в раздражении швырнул трубку на рычаг телефонного аппарата и воскликнул:
— Черт побери, куда она подевалась?!
— Ну что, Лайонелл, тебе удалось обнаружить ее?
— Нет.
— Ты всюду искал ее?
— Куда я только ни звонил! Джулии нигде нет и ее никто не видел. Может быть, она отправилась куда-то по делам, но об этом никто не знает. Эта неопределенность для меня еще хуже, чем какая-нибудь отрицательная информация.
— Лайонелл, не надо так нервничать. У нас еще есть время, она обязательно найдется.
— Черт побери, уже восемь. Время истекает так стремительно, что я начинаю терять голову.
И действительно, лицо его приобрело такой пурпурный оттенок, что и СиСи не выдержал:
— Не паникуй, — коротко бросил он, — ты совершенно напрасно нервничаешь. Джулия никуда не денется.
— Мы должны, должны найти ее, — упрямо повторял он. — Они настаивали на том, чтобы деньги за Августу передала именно Джулия. Они сказали, что доверяют только ей. После того, как они обнаружили на причале слежку, преступники не хотят иметь со мной никакого дела. Если мне не удастся разыскать Джулию и договориться с ней о передаче выкупа, я подставлю Августу под удар во второй раз. После этого похитители вряд ли станут церемониться С ней.
— Может быть, нам стоит подключить к поискам Джулии еще кого-нибудь?
— Предлагаю следующий план: я поеду к ней домой и поговорю с соседями. Затем обзвоню и обойду все рестораны города. Если Джулия не будет найдена, то я сам отнесу им деньги.
— Да, Лайонелл, думаю, что именно так и следует сделать. А ты что скажешь, СиСи?
— В первую очередь узнай, кто видел ее в последний раз. Возможно, она говорила, куда направляется.
Локридж поспешно схватил со стола чемоданчик с деньгами и метнулся к двери:
