— Боюсь, что нет… Дело в том, что эта встреча крайне желательна не столько для меня, сколько для вас, мисс Уэйнрайт.
Джулия сделала такую гримасу, будто бы мистер Джакоби мог ее теперь видеть.
— Вот как?..
— Ну да…
— Простите, — продолжила она, — но я вас не совсем понимаю…
— Хотя понять меня не так уж и сложно, — ответил собеседник, — короче говоря, мисс Уэйнрайт, жду вас в своем офисе через…
— Через сколько?..
— Ну, скажем, через час. Извините, что не назначаю эту встречу где‑нибудь в кафе… Буду ждать вас в своем офисе… Не возражаете?..
— Нет, — вяло ответила Джулия, — не возражаю… Буду через минут двадцать…
После этих слов она, недовольно повесив трубку, пошла одеваться.
Настроение у нее было окончательно испорчено, и вновь, как и с самого утра, у Джулии невыносимо разболелась голова…
Спустя час «олдсмобиль» Джулии остановился в одном из центральных районов города.
Офис мистера Джакоби располагался в самом центре Санта–Барбары. Это было довольно мрачноватое, приземистое трехэтажное здание, в котором контора Джакоби занимала всего два помещения; остальные комнаты снимались самыми различными фирмами — от представительства какой‑то малоизвестной сингапурской фирмы, торгующей дешевой электроникой, до массажного салона.
Джулия, в считанные минуты поднявшись на третий этаж, где находилась контора ее постоянного клиента, остановилась перед дверью, на которой висела хорошо начищенная медная дощечка с надписью: «Джакоби и К».
Ни для кого в Санта–Барбаре не было секретом, что «К», «компаньоны» было чистой воды фикцией, видимо, «компаньоны» значились на вывеске разве что для солидности — Джакоби по натуре был человеком очень скрытным и недоверчивым, никогда никому не доверял, и потому всегда работал только самостоятельно.
Поправив висевшую на плече сумочку, Джулия постучала в дверь.
С той стороны сразу же послышалось:
— Прошу вас…
«Такое впечатление, — подумала Уэйнрайт, — что он только меня и ждал…»
Повернув ручку двери, Джулия дернула ее на себя и вошла в помещение…
Это была огромная комната, занимавшая, наверное, половину третьего этажа восточного крыла здания. Как и положено в подобного рода офисах, тут было все: и несколько компьютеров, и огромный стационарный кондиционер, совсем нелишний при невыносимой калифорнийской жаре, и множество всякого рода секретеров, тумб и письменных столов за стеклянными перегородками, но офис мистера Джакоби трудно было назвать комнатой — лучше всего для него подошло бы казенное слово «помещение» — то такой степени этот офис был неуютен.
Джулию почему‑то очень удивило, что, несмотря на пик рабочего дня, в офисе Джакоби не было ни одного человека…
Посредине помещения стоял необъятный двухтумбовый письменный стол черного дерева, за которым и восседал сам мистер Джакоби.
Это был дородный сорокалетний мужчина, весом не менее трехсот фунтов, с большим пивным животом, который выпирал из‑под полурасстегнутой ковбойской клетчатой рубашки — было такое впечатление, что сделай он несколько глубоких вдохов, и пуговицы на рубашке с треском посыплются на пол. Эта деталь — расстегнутая на животе рубашка, — неприятно впечатлила Джулию, так же, как и толстые волосатые пальцы мистера Джакоби, которыми он то и дело барабанил по матовой поверхности стола.
Увидев вошедшую, он изобразил на своем лице радость по этому поводу.
— Доброе утро… Вы, мисс Уэйнрайт, выглядите сегодня просто замечательно…
«Да уж, — подумала она, — в свои сорок лет этот старый хрыч мог бы научиться и более тонким комплиментам…»
Джулия, подойдя к столу, уселась на круглый вертящийся табурет с обратной стороны.
— Доброе…
Мистер Джакоби, улыбнувшись, пристально посмотрел на Джулию и только было хотел произнести еще какой‑то ни к чему не обязывающий комплимент, вроде того, который только что отпустил, как та опередила его:
— У вас в конторе никого нет… Весьма странно, мистер Джакоби, тем более, что рабочий день, кажется, в самом разгаре…
Джакоби улыбнулся.
— Разумеется…
Посмотрев на своего собеседника с видимым удивлением, Джулия со скрытой иронией поинтересовалась:
— Наших сотрудников скосил какой‑то вирус?.. Или вы всех поувольняли?..
Хозяин фирмы «Джакоби и К» только отрицательно покачал головой.
— Нет…
Джулия изобразила на своем лице некое подобие интереса:
— А что же?..
— Я их отпустил…
— Вот как?..
— Я отпустил их потому, что хотел поговорить с вами без лишних свидетелей…
В ответ Уэйнрайт только пожала плечами.
— Неужели этого нельзя было сделать в каком‑нибудь другом месте?..
— Отчего же, — промолвил Джакоби, — можно… Но я как‑то подумал, что, имея свой собственный офис, проще выставить за двери на какое‑то время сотрудников, чем уходить самому…
Видимо, таким образом мистер Генри Джакоби решительно дал понять своей собеседнице, что этот разговор будет серьезным, чрезвычайно конфиденциальным и достаточно продолжительным.
