– Получилось? А у меня ничего толком не выходит. Пробовала Факел Света, но в лучшем случае толку от него как от трёхваттной лампочки. А на Рой Насекомых хоть бы одна завалящая букашка явилась! Наверное, потому, что очень неусидчивая. То ли дело Фэн – как займётся медитацией или книгу какую усядется читать, три часа может просидеть без движения. Если кто из нас и станет настоящим чародеем, так это он!
– Не переживай, Вин. Усидчивость, кто спорит, замечательное качество, но неплохо и способности иметь!
Они ещё долго разговаривали: о сказочных существах и загадках истории, готовящейся разведывательной экспедиции на Марс и последнем слове науки и техники – кибернетических секретаршах; взлётах и падениях древних империй, колонизации Дикого Запада и Золотой Лихорадке, прославленных живописцах эпохи Ренессанса, даже о русской национальной кухне и китайской народной поэзии; и по многим обсуждаемым темам обнаружили единство взглядов и полное взаимопонимание.
Идиллию их плодотворного общения разрушили куранты, пробившие двенадцать раз.
– Ой, уже полночь! Заболтались, однако. Ты такой эрудированный, очень интересно общаться! Но нас теперь точно в замок не пустят.
– А это мы сейчас проверим.
На прояснившемся небе сияла почти полная луна, дорожкой освещая путь к замку, где к тому же горело несколько окон. Вин элегантным движением взяла его под руку, и так, подобно парочке влюблённых, они добрались до ворот, которые и впрямь оказались закрыты.
Эрик подошёл вплотную и подёргал за громадное железное кольцо, вделанное в створку. С таким же успехом мог бы попробовать сдвинуть с места танк, взявшись за ствол.
– Придётся стучать.
И тем же кольцом пару раз со всей силы ударил о дверь.
– Ой! – воскликнула сзади Вин.
Одна из фигур рыцарей, та, что поближе, повернулась к ним и металлическим голосом проскрежетала:
– Вход закрыт. Приходите утром.
– Я думал, они чисто декоративные, а ворота открываются и закрываются сами собой, – признался Эрик. – Оказывается, роль привратников играют. Да, этих железных болванов едва ли уговоришь пустить внутрь.
Живые доспехи угрожающе замерцали и, грозно лязгнув, фигура сделала шаг по направлению к нему.
– Мне кажется, нам лучше уйти, – торопливо прошептала Вин. – Боюсь, твой эпитет они сочли за оскорбление, и теперь уж точно не пойдут навстречу.
– Ну и ладно. Мы с Гекой как-то делали ночную вылазку и лазили через окно.
– Увы, в своей комнате я оставила открытой только форточку.
– Тогда полезли через моё! Я не стал запирать ставни.
– А не боишься, что какая-нибудь живность заберётся, пока спишь?
– Если здесь нет хищников, чего опасаться?
Добравшись до окна своей комнаты, Эрик проворно перелез через подоконник, после чего помог перебраться внутрь спутнице.
– Спасибо за приятно проведённый вечер, мне очень понравилось в компании с тобой.
– Так кто мешает как-нибудь встретиться поболтать ещё?
– Обязательно, но на сегодня, наверное, достаточно. Время позднее, а ко всему прочему нужно привести себя в порядок после купания. Одну минуточку…
Она выглянула за дверь и тут же шмыгнула обратно.
– Там какая-то собака в коридоре! Большая, белая. Не проводишь меня? А то вдруг она кусается.
– Вряд ли. Скорей всего, домашняя любимица кого-нибудь из волшебников. Ладно, идём вместе, погляжу, что за зверь там могучий.
Они вышли в коридор. Метрах в тридцати от них на ковровой дорожке сидел пёс с грустным выражением морды. В точности по описанию Вин: белоснежный, и если встанет на задние лапы, передние запросто может положить на грудь. Но не отступать же, выставляя себя трусом!
Стараясь не показывать волнение и страх, Эрик решительным шагом двинулся навстречу потенциальной опасности. Вызова пёс не принял: вскочил и потрусил в сторону парадной. Парочка спокойно миновала коридор и, проходя мимо лестницы, увидела, что представитель собачьего племени сидит на одной из верхних ступенек. В отражении неярких ночных светильников глаза собаки отсвечивали красным, производя жутковатое впечатление.
– Спасибо, что проводил, – тихо сказала Вин, когда они подошли к дверям 39-й комнаты. – После того, как в детстве одна злобная моська порвала на мне юбку, стараюсь держаться от них подальше. А тут такое страшилище!
И на прощание одарила Эрика долгим нежным взглядом, от которого сладко защемило внутри.
Путь обратно оказался проще: волкодав куда-то убежал. И лишь вернувшись к себе, вспомнил, что так и не встретился с автором записки. Но, может, тот даст знать о себе завтра – точнее, уже сегодня, ибо полночь миновала, и наступил новый день?
– А вот и я! – весело произнёс Асфарг, улыбаясь в чёрную, как смоль, бороду.
Его ковёр завис над кафедрой.
– И, конечно, мои юные ученики спешат порадовать своего учителя успехами в приобретении знаний! Читал ли кто-нибудь из вас книги по магии Стихий?
– Да, – прошелестело по залу.
