Схватился бы за палаш, а там, как знать, мог бы получить в бок пол метра острой стали сразу же за попытку сопротивления.
Возница покорно стоит около лошади и с непонятной надеждой смотрит на меня.
А сам, козел, толкнуть или окриком разбудить испугался, понял, что ему за это сразу же прилетит от бандитов?
И чего тогда смотреть на меня умоляющим взглядом.
Ну, ясно, что все случилось очень быстро, прямо так сразу ощутил мужик сталь у своей шеи, вот и не успел ничего вякнуть. Только и я договор на охрану обоза не заключал, текст контракта не произносил перед всеми.
Около него тоже оказался крепыш в уже более-менее чистой кольчуге, сразу задирает вверх края рогожи, чтобы посмотреть, что именно досталось сегодня ловким парням с большой дороги.
— Слезай, да осторожнее, а то еще уколешься, — издевается надо мной мужик с палашом и толстой мордой.
Тоже видит мой статус воина, думает, что я нанятый охранник на жаловании, который проспал позорно нападение на вверенный обоз. Бывшие военные часто такими вещами подрабатывают.
Только, я тут так просто мимо приезжал, поэтому погибать за чужую брюкву пока не очень собираюсь.
Мне за это дело, в конце концов — не платят, чтобы очень уж стараться.
Второй бандит сразу подскочил ко мне и вцепился в ножны на поясе, собирается меня разоружить первым делом.
Это они, похоже, еще не разглядели мое копье, которое лежит за краем подводы вдоль нее. Ну, вполне неплохой шанс для меня, нужно только, чтобы этот опытный волчара убрал немного палаш в сторону.
Что он и сделал, пропуская мимо себя второго бывшего стражника с моим поясом.
Морды у всех мной увиденных разбойников довольно паскудные, видно, что не лучшие люди и точно не самые умные подняли мятеж в баронстве, огребли на орехи, а теперь довольно бестолково грабят продовольственный обоз.
С другой стороны — выбирать не приходится, да и самих лошади есть, наверняка, им фураж требуется.
Все щеголяют окровавленными повязками, держащий меня мужик с гримасой боли и изрядным облегчением опустил палаш, как только с меня содрали дорогой и красивый пояс. Похоже, что рана его беспокоит серьезно, это дает мне еще больше шансов.
Не полноценный он боец, хотя, все равно опасен. Чего им тут нужно, если нападают на повозки с брюквой?
Ну, на еду наберут, если никакого богатства тут больше нет.
— Черт, как это нет? А мои тюки? — обожгла меня мысль, и я сразу начал действовать.
У меня то золото есть в мешке и много дорогого добра в тюках имеется, мне сдаваться в плен нельзя никак.
Пока немного успокоившийся моим разоружением и непротивлением тому, что с меня сняли оружие, палаш и длинный нож, пожилой разбойник позволил сообщнику перекрыть доступ к моему телу.
Нащупал ладонью древко и с размаху обрушил его на пожилого.
Не для того, чтобы ранить, просто нужно его отпугнуть падающим сверху блестящим лезвием. Чтобы отскочил на инстинктах и дал мне возможность развернуть копье и встать спиной к склону.
Так оно и получилось, оба разбойника отскочили в сторону, размахивая снова своими железками. Только я развернулся назад, пока копье смотрит в сторону лошади и с легкого прыжка воткнул лезвие третьему грабителя, который еще не понял, что ситуация уже поменялась. Продолжает громко расспрашивать возницу о том, что на подводе лежит.
Не оставлять же его у меня за спиной, тут уже не до благотворительности.
Воткнул ему в область сердца сзади, пробил кольчугу силой удара, острие вошло на сколько то в тело, но, тут же выдернул его и прыжком развернулся к оставшимся оторопевшим бандитам.
Времени у меня нет с ними в правильный бой играть, необходимо прорваться мимо них и оказаться без врагов сзади.
— Тревога! — оглушительно заорал пожилой мужик, — У нас Транил ранен!
И он с силой махнул палашом, отгоняя меня подальше.
Второй уже вытащил свой палаш, бросив мой пояс на землю и грозно встал рядом. Только, куда им против моего, почти трехметрового копья вместе с наконечником по длине, своими железками по восемьдесят сантиметров длиной справиться.
Вот и эти не отбились, попер в атаку неотвратимо, пожилому я попал в плечо, а второму прямо в шею своим излюбленным коварным ударом. Пожилой упал спиной в кусты, спасая свою жизнь и остатки здоровья, а тот, который помоложе, просто свалился около подводы, зажимая пробитое горло.
Локальный успех наметился и теперь подтвержден, только я слышу негодующие крики от предыдущей телеги и еще где-то в кустах замер недобитый бандит.
Я занимаю позицию за самой подводой, на другом краю дорожки, чтобы не пропустить внезапный удар пожилого или даже бросок боевого ножа мне в спину.
От соседней телеги бегут сразу трое, поэтому я одним движением роняю на землю ящик с поднявшим голову на чужие голоса котом и кричу:
— Мурзик, брысь!
Кричу на непонятном, конечно, бандитам и возчикам языке, зато, рыжий меня понимает хорошо и исчезает где-то в кустах с другой стороны.
Еще и от четвертой телеги ко мне бегут, и что самое плохое — я вижу у одного заряженный арбалет в руках.
