«Ну, отлично, что граф тоже решил так активно за наше будущее бороться. Сначала не понимал моих замыслов и все в свое графство торопился вернуться. А теперь дошел до него смысл нашей победы, оценил открывающиеся перед нами невероятные возможности и собирается активно поучаствовать в начавшейся игре», — понимаю я.
— Раньше титул императора был больше номинальным, всем в Империи управляла сама Тварь, а теперь он возвращает себе настоящую власть над всем, что не касается религии, когда больше некому ограничивать его значение, — добавляю я для графа.
После жарких дебатов с соратниками я почувствовал солидную усталость в организме, ведь с самого раннего утра всем рулю здесь, принимаю решения и постоянно командую. Собрался поспать, но сначала отправил графа вместе с Тереком в штаб гвардии с наказом проверить несение службы там своим, достаточно бдительным взглядом.
— И еще за Тереком желательно присмотреть немного, чтобы он максимально соответствовал графскому званию, пусть и приехал в блестящую столицу из самого замшелого угла Ксанфа! По официальной легенде!
— Присмотрю, будет настоящим графом! — с довольным видом басит граф. — Так-то он простоват, конечно, но раз назначен на свою должность самим Всеединым Богом, то может себе многое позволить! Гораздо больше других! С такой-то поддержкой за спиной!
Терек только смущается немного от откровенных слов графа, но предпочитает помалкивать. Да и с чем тут спорить, все в точку граф сказал, и про простоту, и про мою поддержку.
Гвардия Всеединого Бога — как раз место для искреннего служения этому самому Богу! Так изначально заложено в самом ее основании! И только Всеединому Богу решать, кто и как ей командует!
Ну, если у него есть такое желание, а у меня оно точно присутствует.
Самая серьезная военная сила в столице и провинциях вокруг нее, основные войска раскинуты по краям имперских земель для защиты непомерно разросшихся владений. Если найдется такой сумасшедший правитель соседней страны, вспомнит старые обиды и вторгнется на территорию Империи, то в Кташе об этом узнают в первые же сутки. И двинут в течении нескольких часов имперскую армию навстречу врагам, такое технологическое преимущество и давало Твари огромнейшие возможности по управлению огромной страной. Ну и мы от него отказываться не собираемся ни в коем разе.
— И арестованное мной начальство требуется проверить обязательно! Чтобы без лишних страданий и лишений, но сидели по отдельности друг от друга! Втроем их точно нельзя оставлять! Всех подкупят и со всеми связи наладят! Первым делом их нужно допросить! — переживаю я заранее, понимая явную двусмысленность положения с арестованными.
Тех, кто был одними из самых влиятельных людей в гвардии — вдруг посадили в ведомственную же тюрьму! Под охрану к своими же бывшим подчиненным!
— Да что с ними вообще делать? — не понимает Терек. — Тут или судить, так пока не за что, нет на них никакого материала, кроме твоего приказа, или выгонять из гвардии и отправлять домой!
— Был бы человек, уважаемый граф Варбург, а статья для него всенепременно найдется! — делюсь я с ним мудростью моего мира. — А приказ Всеединого Бога для каждого гвардейца имени этого же самого Бога — наипервейшая святая обязанность и является абсолютным стимулом к исполнению!
Вижу, что наемник не понял половину моих слов, зато граф со всем разобрался.
— Я ими сам займусь, завтра-послезавтра, допрос сниму, они тогда во всем признаются без пытки под запись. После этого думаю отправить их солдатами в Датум. Оставлять непримиримых врагов в столице точно не собираюсь! Они слишком влиятельные люди, легко найдут сторонников в столице и устроят нам немало подлянок. Так что всех, на кого упал мой взгляд, а они не прошли проверки этим самым взглядом — разжаловать в простые солдаты и отправить в Дикое поле! — подвожу я итог. — От нас подальше, к зверолюдам поближе. Так оно все повернее окажется. Или казнить придется, если грехи окажутся слишком большие, хорошо понятны и еще многим горожанам известны. Должна быть определенная справедливость у власти, если заслужил веревку или плаху — то получай ее сполна!
— Казнь на колу решил отменить окончательно. Она, конечно, мотивирует народ поменьше грешить, но больно уж отвратительна. Сам не раз в карауле около казненных стоял, теперь те времена с содроганием вспоминаю на самом деле.
— А с императрицей что думаешь? И с ее детьми? — теперь интересуется граф.
Понимает, что тут у меня явно слабое место имеется, по законам жанра обязательно требуется случайно сорвавшаяся в пропасть карета или затонувшая очень внезапно вдали от берега скуфа, перевозившая высокородных пленников.
