И вдруг опасно блеснул металл. Громила замер, расставив поудобнее ноги. В руке он сжимал нож. Сергей выдохнул, разочарованно осознав, что мерзавца все-таки придётся проучить, хотя сначала надеялся, что обойдется без серьезной потасовки.
Саша закричала и кинулась было на помощь, но один из наблюдающих мужчин успел схватить ее и обездвижить плотным захватом.
Сергей метнул в их сторону испепеляющий взгляд, но осознав, что причинять вред девушке не собираются, снова переключился на своего противника. Он принял удобную стойку и стал следить за бритоголовым теперь более внимательно. Противники медленно закружили друг вокруг друга, словно играя в какую-то странную игру, поражение в которой может стоить жизни. Нервы оказались слабее у громилы. Лезвие рассекло воздух. Сергей отклонился и атаковал противника точным сильным ударом в запястье. Нож звякнул об асфальт.
— Без железки слабо? — зло выплюнул Сергей.
Вместо ответа он получил звериный рык и серию ударов, часть из которых удалось отразить, но были и те, что все-таки достигли цели. Особенно болезненным оказался удар в живот. Сергей упал на колени и согнулся, переживая момент острой боли.
Саша билась в истерике, но мерзкие руки продолжали крепко сжимать ее.
— Ну и кому теперь слабо? — бросил бугай, пытаясь отдышаться.
Сергей все-таки нашел в себе силы подняться. Он тряхнул головой, словно прогоняя в ней остатки тумана, и принял стойку.
Некоторое время они кружили друг против друга, обмениваясь нечастыми ударами, а потом Сергей резко сократил дистанцию и вбил кулак в лицо противника. Послышался хруст. Из носа громилы хлынула кровь. Не устояв на ногах, он повалился на землю. Тогда Сергей буквально сел на него сверху и принялся наносить удары.
Саша заметила, как запаниковали дружки бритоголового. Один из них подхватил валяющуюся у контейнеров бутылку из-под шампанского и направился к борющимся. И снова волна ужаса накрыла девушку. Изо всех сил она двинула локтем в живот удерживающего ее мужчины и вырвалась на свободу. Но уже понимала, что не успеет.
Бутылка резко обрушилась на голову Сергея. Он обмяк и завалился на бок.
Послышались голоса, кто-то бежал на помощь. Охрана? Случайные прохожие? «Какая разница, они все-равно не успели», — билась в истерике Саша. Она обхватила руками голову Сергея и все ждала, что он очнется.
— Скорую, скорее, — кричал кто-то на задворках сознания.
Время застыло. Саша словно погрузилась в какую-то другую реальность. Она не замечала, как суетятся вокруг люди, как кто-то накинул на нее пальто — не ее, но это было не важно. Сергея тоже укрыли.
Она никогда не считала себя религиозной. Как и многие, заходила в храм раз в год поставить свечи за здравие родных или набрать крещенской воды. Но в этот момент она могла только молиться и бесконечно повторять лишь одно: «Пусть все будет хорошо».
Звук серены вывел ее из транса. Машина реанимации прибыла в рекордно короткое время, но Саше казалось, что прошла целая вечность.
Она заметила, что ни бритоголового, ни его дружков уже и в помине нет поблизости. Что же, не мудрено — почувствовали, что запахло жареным и поспешили скрыться.
Она как в тумане отвечала на вопросы врачей о драке и о повреждениях, которые получил Сергей, пока его перекладывали на носилки и несли к машине.
— Можно мне с ним? — спросила она.
— Родственница?
— Жена.
Врач сочувственно покачал головой и ответил:
— Это машина реанимации. Никаких пассажиров. Соберите все его документы и приезжайте в третью городскую.
Саша чуть не расплакалась, но все-таки взяла себя в руки. Правила есть правила. Главное, чтобы они смогли ему помочь. А остальное не важно.
Жена. Надо же. Сказала и сама испугалась, что обманула. А потом в сознание пришло: нет, не обманула. «Вспомни, Саша, кто ты есть на самом деле». Слишком заигрались они с Сергеем в этот театр абсурда. Весело, и нервы щекочет. Как же прекрасно было снова почувствовать эти будоражащие моменты первого знакомства, первого поцелуя. Кто бы отказался?! Но пришло время возвращаться с небес на землю и вспомнить, что они одна семья.
***
— Съешь хоть булочку, — Женя протянул Саше румяную сдобу. — Всю ночь голый кофе хлещешь.
— Не могу. Кусок в горло не лезет, — она снова начала ходить из угла в угол. — Почему мне не разрешили остаться с ним?
— Потому что это палата реанимации, а не проходной двор. Радуйся, что вообще пустили.
— Врач сказал, угрозы жизни нет. Думаешь, это правда?
— Обычно врачи готовят к худшему, так что, если говорят, что нет угрозы, значит, ее действительно нет.
Саша села на мягкую скамью и обхватила голову руками. Нервная дрожь до сих пор не отпускала ее.
— Что вообще творилось с Серегой в последние дни? — задал Женя неожиданный вопрос. — Он вел себя очень странно. Вы поссорились?
— Это… сложный вопрос. В Новый Год он снова задержался на работе. Домой пришел около десяти вечера. Конечно, я была на взводе. — Саша принялась нервно кусать губы, вспоминая тот вечер. — Отметили. Все как полагается, если не считать, что состояние у него было никакое.
