– Охраняла, – буркнула девица. – Пойдем. Мы с Обринь тебя заведем к ближайшему порталу, а там делай что хочешь.
«Близняшка» с легкостью достала застрявший клинок из камня ракушечника и юркнула в соседнее помещение.
Облупившиеся стены и грязный дощатый пол придавали комнате чудовищно убогий вид. Без окон она напоминала забытую всеми кладовую, содержимое которой растащили еще лет десять назад.
Динара остановилась в центре помещения и топнула ногой по полусгнившей доске. Перед ее лицом в воздухе проявился светящийся красным рисунок из маны. Гронидел присмотрелся, пытаясь угадать в хитрых плетениях и узлах знакомые элементы, но увы: с такими юни он был незнаком.
Динара сунула пальцы в рисунок, будто вставила их в невидимые отверстия, и повернула все изображение вправо. Юни замигала. Девушка вновь повернула кисть вправо, затем влево и снова вправо.
Вращаясь вместе с рукой, юни постоянно мигала, пока рисунок не изменился и вся печать не засветилась синим.
Послышался грохот, и пол в комнате начал плавно опускаться вниз.
В этот момент сверху стали доноситься приглушенные крики. Кажется, на улице что-то случилось. Гронидел и его спутницы синхронно подняли головы, прислушиваясь к гомону мужских и женских голосов. Однако, чем глубже они спускались, тем менее различимы становились крики.
– Опять кто-то учудил, – прошептала Обринь. – В прошлом месяце кузню подожгли. Все сгорело. Удивительно, как пожар не перекинулся на другие постройки. А неделю назад обнесли лавку ювелира. Ему самому голову отрубили и выставили на ступеньках перед входом. Больше на месть похоже, а не на грабеж.
– Ты можешь заткнуться?! – шикнула на нее Динара. – Язык как помело!
Обринь замолчала и пристально посмотрела на Гронидела, пока пол под ними продолжал опускаться вниз.
– Передай Дхару, что Фейран – единственная надежда его мира на спасение, – произнесла девица и резко взмахнула рукой с зажатым в ней клинком.
Она ловко полоснула лезвием шею Динары и сделала шаг в сторону.
Кровь из раны забила фонтаном в разные стороны. Динара даже не успела понять, что произошло. Она рухнула на колени, зажимая горло и пытаясь задержать ускользающую жизнь.
Обринь спокойно присела рядом с ней:
– Он обещал стереть нас, – произнесла она. – Мы даже ничего не почувствуем. Я знаю, ты надеялась освободиться рано или поздно, но мы обе понимаем: лучше сгинуть вовеки, чем застрять в рабстве у вечности.
Динара схватила подругу за руку и притянула к себе. Она пыталась что-то сказать, но глаза девушки медленно закатились, а тело рухнуло на пол.
– Фейран защитит твои мысли. – Обринь подняла голову и взглянула на принца. – Но правильный выбор тебе предстоит сделать самому.
Гронидел, пораженный сценой, лишь прошептал:
– Кто такой Фейран?
Девушка не ответила. Полоснула клинком по собственной шее и замерла в ожидании.
На мгновение принцу показалось, что Обринь испытывает огромное облегчение от того, что сделала это.
– Зачем? – спросил он, но она так и не ответила.
Рухнула рядом с подругой и замолчала навечно.
Гронидел даже не успел осознать, что только что произошло. Мысли в голове путались, не желая складываться в единую картину. Одна из подруг обманула другую ради того, чтобы навсегда исчезнуть. До какого отчаяния нужно дойти, чтобы совершить подобное?
Принц выхватил окровавленный чудо-клинок из руки мертвой Обринь и снял с себя халат. Вытер им кровь с лезвия и достал из-за пояса второй клинок.
Пол начал замедляться. Взору открылся проем в стене. Гронидел поспешил скрыться за зеркальной иллюзией и приготовился защищаться.
Длинной будет эта ночь или короткой, но до правды хотелось докопаться как можно быстрее. И желательно после этого вернуться живым.
Пол остановился перед входом в хорошо освещенный туннель, что заканчивался глухой стеной. Ширина прохода в этом месте позволяла проехать даже груженой телеге, а балки перекрытий были сделаны из металла, а не древесины. Гронидел подошел к одной из масляных ламп, висевшей на стене. Фитиль внутри нее не горел, а светился сам собой, будто его сделали из добела раскаленного гвоздя.
Принц провел рукой у стекла, и взору открылась интересная юни света. По крайней мере, ее узоры очень напоминали именно ее. Гронидел коснулся рисунка из маны, и фитиль в лампе погас. Снова коснулся – и он зажегся.
Принц осмотрелся: такие лампы висели в метре одна от другой, и благодаря их свечению здесь было очень светло.
Создание юни света – одно из самых простых заданий, которые дают юным повелителям силы маны. Когда-то давно и Гронидел оттачивал подобное мастерство. Однако эти юни тянут из тела создателя столько же сил, сколько и другие, более весомые плетения, например зеркальная иллюзия, за которой скрывался принц. Лампы, что висели здесь, оставили вместо масляных, как будто мастерить нечто подобное было проще и дешевле, чем жечь настоящие фитили.
Гронидел приблизился к глухой стене и внимательно осмотрел ее. Выглядела она как настоящая. Принц даже коснулся ее пальцами, убеждаясь в верности своих предположений: стена – не иллюзия.
